Общественное объединение "Сутяжник"

Главная страница

Новости судебных дел

Судебное дело "Рожин против России"


Постановление Европейского суда по правам человека по делу ДМИТРИЙ РОЖИН ПРОТИВ РОССИИ от 23 октября 2012 года

 

09.11.2012

 

                               ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

                        ДМИТРИЙ РОЖИН ПРОТИВ РОССИИ

                            (Жалоба No. 4265/06)

                               ПОСТАНОВЛЕНИЕ

                                 СТРАСБУРГ

                              23 октября 2012

    Данное постановление вступит в силу в соответствии со Статьей 44 S:2
        Конвенции. Оно может быть подвергнуто редакционной правке. 

   В деле Дмитрий Рожин против России,

   Европейский  Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в
   составе:

   Nina Vajic, Председателя,
   Anatoly Kovler,
   Peer Lorenzen,
   Elisabeth Steiner,
   Khanlar Hajiyev,
   Mirjana Lazarova Trajkovska,
   Julia Laffranque, судей,
   и So/ren Nielsen, Секретаря Секции,

   Посовещавшись в закрытом заседании 2 октября 2012,

   Выносит следующее постановление, которое было принято той же датой:

   ПРОЦЕДУРА

   1.  Дело  инициировано  по  жалобе  (No.  8237/03)  против  Российской
   Федерации,  поданной  в  Суд  в соответствии со Статьей 34 Конвенции о
   защите  прав  человека  и  основных  свобод  (далее  -  <<Конвенция>>)
   гражданином  России,  господином Дмитрием Игоревичем Рожиным, (далее -
   <<заявитель>>), 8 декабря 2005 г. 28 марта 2011 г. заявитель обратился
   с   дополнительной   жалобой   относительно   условий   содержания   в
   исправительной  колонии  No.13  Свердловской  области  за  период с 15
   августа 2005 г. по 17 февраля 2006 г.

   2.  Заявителя  представляла  Чуркина  Л.,  юрист,  практикующий  в  г.
   Екатеринбург. Российское правительство представлял г-н Матюшкин (далее
   -    "Правительство"),   Уполномоченный   Российской   Федерации   при
   Европейском Суде по правам человека.

    3. Заявитель  жаловался,  в  частности,  на  то,  что его содержали в
       переполненных  камерах и что содержание его под стражей в период с
       3 по 15 августа 2005 г. было незаконным.
    4. 30  августа  2010  г.  жалоба  была коммуницирована правительству.
       Также  было  решено  принять  решение о приемлемости и по существу
       жалобы одновременно (Статья 29 S: 1).

   ФАКТЫ

   I.  ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

   5.  Заявитель родился в 1980 г. и живет в г. Екатеринбург.

   A.  Уголовное преследование заявителя

   6.  6  марта 2003 г. заявитель, следователь прокуратуры, был обвинен в
   злоупотреблении  полномочиями. В частности, его обвиняли в том, что он
   сфальфицировал судебное постановление об освобождении подозреваемого в
   совершении  изнасилования, впоследствии скрыл и выкрал соответствующее
   уголовное  дело.  В  неопределенную  дату заявитель получил подписку о
   невыезде из города.

   7.  С  27  января  по  5 февраля 2004 г. заявителя, которому ранее был
   поставлен диагноз - рак мочевого пузыря, положили в больницу.

   8.  9  февраля  2004  г.  Верх-Исетский  районный суд г. Екатеринбурга
   вынес постановление о заключении заявителя под стражу. Суд постановил,
   что в связи с тем, что заявитель не поставил следователя в известность
   о  том,  что  его  положили  в  больницу, заявитель нарушил подписку о
   невыезде. Заявителя арестовали в тот же день.

   9.  5  марта  2004 г. Свердловский областной суд отменил постановление
   от 9 февраля 2004 г. Судебная коллегия по уголовным делам постановила,
   что  выводы  суда  и  решение  заключить  заявителя  под  стражу  были
   <<преждевременными>> Заявителя освободили 10 марта 2004 г.

   10.  11  марта  2004  г.  заявителя  положили  в  больницу  и  сделали
   операцию. 24 марта 2004 г. его выписали из больницы.

   11.  14  марта 2005 г. Ленинский районный суд г. Екатеринбурга признал
   заявителя  виновным  и  приговорил  к  одному  году  лишения свободы в
   колонии-поселении. В тот же день заявителя заключили под стражу.

   12.  29  июня  2005  г.  Областной суд оставил приговор без изменений.
   Заявитель  и его защитник участвовали в судебном заседании посредством
   видеоконференции.

   B.  Условия содержания под стражей

   1.  СИЗО-1 г. Екатеринбурга

   13.  С 9 февраля по 10 марта 2004 г. и с 15 марта по 3 августа 2005 г.
   заявитель содержался под стражей в СИЗО-1 в г. Екатеринбург.

   (a)  Период с 9 февраля по 10 марта 2004 г. 

   14.  Со  слов заявителя, с 9 февраля по 10 марта 2004 г. его держали в
   камере  No.602,  которая  была  сильно  переполнена.  В  камере кишили
   постельные клопы и другие насекомые. Пища была очень плохого качества.
   У заявителя не было доступа к медицинской помощи.

   (b)  Период с 15 марта по 3 августа 2005 г. 

   (i)  Пояснение, предоставленное государством 

   15.  Согласно  правительству,  15  марта  3005  г.  2005  г. заявителя
   поместили  в  камеру  No.311,  площадь  которой составляла 30 кв. м, в
   которой было 12 спальных мест. Согласно регистрационному журналу СИЗО,
   предоставленному  правительством, количество заключенных, содержащихся
   в  камере  в  тот  период,  варьировалось  от  13  до  27  человек, за
   исключением  дней, когда в камере находилось 12 человека (1 апреля, 11
   июня, 2 августа 2005 г. ).

   16.  Камера была оборудована естественной вентиляцией и кондиционером,
   который   исправно   работал.   В   камере  было  два  окна,  покрытых
   металлическими   решетками,   которые   не   препятствовали   дневному
   освещению.    Искусственное   освещение   соответствовало   допустимым
   техническим  условиям  и  было  включено  с 6 утра до 10 вечера. Ночью
   использовались  лампы низкого напряжения, чтобы обеспечить освещение в
   камере.  Туалет  был  расположен  в  углу камеры рядом с выходом и был
   отделен  от жилой зоны камеры кирпичной стеной, высотой в один метр, и
   обеспечивал  приватность  для лица, который им пользовался. Расстояние
   от  туалета  до  обеденного  стола  составляло 3 м. Ближайшее спальное
   место находилось на расстоянии в 2,5 м от туалета. Заявителя постоянно
   обеспечивали     индивидуальным     спальным    местом,    постельными
   принадлежностями  и  столовыми приборами. Заявитель раз в день выходил
   на прогулку на один час. Камеру дезинфицировали раз в месяц.

   17.  В  вышеуказанный  период  заявитель шесть раз встречался со своей
   семьей и родственниками.

   (ii)  Пояснение, предоставленное заявителем

   18.  Со  слов  заявителя, постоянно не хватало спальных мест в камере,
   сокамерникам  приходилось спать по очереди. Постельные принадлежности,
   полотенца и столовые приборы были предоставлены семьей заявителя. Свет
   был постоянно включен. В камерах кишили клопы и вши. Потолок протекал.
   В  камере  не  было  вентиляции.  Все заключенные курили, а заявитель,
   которые  не курит, подвергался табачному дыму. Он жаловался на отказ в
   предоставлении ему медицинской помощи.

   2.  Исправительная колония No.13 в г. Нижний Тагил 

   (a)  Пояснения, предоставленные правительством

   19.  Согласно  пояснениям  правительства,  4 августа 2005 г. заявитель
   прибыл  в исправительную колонию No.13 г. Нижний Тагил и был помещен в
   карцер, площадь которого составляла 8 кв.м, в котором он содержался до
   15  августа  2005 г. вместе с двумя другими осужденными. В камере было
   четыре  спальных  места. Санитарные условия соответствовали применимым
   стандартам.  В  камере  было  естественная  вентиляция  и  действующий
   кондиционер.   Камера   была   хорошо   освещена.   Окно  обеспечивало
   достаточный  доступ  к  дневному  освещению.  Туалет  был  отделен  от
   остальной  части  камеры  стеной  высотой  в  1,  1  м  и  обеспечивал
   приватность  для  лица,  пользующегося  им.  Заявителю  было разрешено
   гулять в течение двух часов в день.

   20.  15  августа 2005 г. заявителя перевели из карцера в общую комнату
   No.  3  в секции No.19. Площадь комнаты составляла 23.1 кв.м и имела 6
   спальных  мест.  Заявителю  было предоставлено индивидуальное спальное
   место,  постельные  принадлежности  и столовые приборы. В комнате было
   две  ванных  комнаты.  В первой было три умывальника и два туалета, во
   второй  --  четыре  умывальника  и  три  туалета. Также была отдельная
   душевая. Секция No.19 исправительной колонии имела территорию площадью
   в   2,498 кв.м  и  была  оборудована  баскетбольными  и  волейбольными
   игровыми  площадками,  а также территорией, специально предназначенной
   для  занятий  тяжелой атлетикой и тренировок на перекладине. Заявитель
   мог свободно передвигаться по колонии.

   (b)  Пояснения, предоставленные заявителем

   21.  Со  слов  заявителя  в  карцере, в котором он находился с 4 по 15
   августа  2005  г., не было доступа к естественному освещению. На окнах
   были металлические решетки и ставни. Пища была очень плохого качества.
   Заявителю  разрешали выйти на короткую прогулку, в остальное время дня
   ему  приходилось  стоять.  Кровати  были пристегнуты к стене в течение
   дня.  В камере бегали мыши. Потолок протекал. Туалет находился в 0,1 м
   от ближайшей кровати.

   22.  В  общей комнате находилось 7 осужденных, хотя спальных мест было
   только  6.  Заявитель признал, что у него было индивидуальное спальное
   место и постельные принадлежности.

   23.  В  камерах  и  общих  комнатах  не поддерживалась соответствующая
   температура.   Было   очень  холодно  зимой  и  очень  жарко  летом  в
   помещениях, в которых кишили мыши. Полы были гнилыми. На потолках была
   плесень и грибок.

   24.  17  февраля  2006  г.  заявитель был освобожден по отбытию своего
   срока.

   C.  Гражданские иски заявителя

   1.  Жалоба на действия исправительной колонии No.13 в г. Нижний Тагил 

   25.  23  июня 2006 г. Чкаловский районный суд г. Екатеринбург частично
   удовлетворил требования заявителя по жалобе на действия исправительной
   колонии  No.13  г.  Нижний  Тагил.  Что  касается  жалобы заявителя на
   отсутствие  медицинской помощи в соответствующий период, суд отказал в
   этой  части  жалобы,  признав  доводы необоснованными. Суд указал, что
   заявитель  мог  проконсультироваться  как  с  врачами  из  медсанчасти
   исправительного  учреждения,  так  и врачами муниципальной клинической
   больницы,  где его обследовали и ему делали операцию в декабре 2005 г.
   Что касается содержания заявителя в карцере с 4 по 15 августа 2005 г.,
   суд отметил следующее.

   "Довод  заявителя  о  том,  что  его право на содержание под стражей в
   нормальных   условиях  было  нарушено  администрацией  исправительного
   учреждения  No.13 в г. Нижний Тагил, был подтвержден. Согласно ответам
   прокуратуры  г.  Нижний  Тагил от 19 декабря 2005 г. и 25 октября 2005
   г.,  было  установлено  в ходе расследований, что 4 августа 2005 г. по
   прибытию   в   исправительное   учреждение  заявитель  был  помешен  в
   карантинную  секцию...в  нарушение  Статьи  79 S: 2  УИК. На основании
   данных  расследования  прокуратура г. Нижний Тагил направила ссылку на
   статью   закона   руководителю   областного   ГУФСИНа.   Расследование
   установило,  что  карантинная  секция,  где  содержался заявитель была
   расположена  в  карцере,  где  условия содержания были близки условиям
   тюрьмы, что условия содержания в карантинной секции были такими же как
   и условия содержания в карцере.

   ...

   Довод заявителя о том, что личное пространство, предоставленное ему во
   время содержания в карантинной секции, было ниже установленных законом
   стандартов, было подтверждено. В соответствии со Статьей  99 S: 1 of 2
   УИК  площадь личного пространства на каждого осужденного и отбывающего
   приговора  не  должна  ниже  2  кв.  м. Согласно письму прокуратуры г.
   Нижний  Тагил  от  14  апреля  2006  г.  ....общая площадь карантинной
   секции,  где  содержался  заявитель, составляла 8 кв.м. С заявителем в
   помещении  находилось  еще  2-3  человека. Данный факт не оспаривается
   администрацией  исправительной  колонии  No.13  в  г. Нижний Тагил. Из
   этого  следует,  что  личное  пространство  составляло  менее 2 кв.м в
   нарушение Статьи 99 УИК.

   ...

   В связи с вышеизложенным ....., Суд постановил

   Признать  незаконными следующие действия администрации исправительного
   учреждения No.13 г. Нижний Тагил::

   1.  Содержание  заявителя  в  условиях, не соответствующих нормальному
   режиму отбывания наказания;

   ...

   3.  Необеспечение заявителя личным пространством во время содержания в
   карантинной   секции   являлось   нарушением   установленных   законом
   требований."

   26.  15  августа 2006 Областной суд оставил решение от 23 июня 2006 г.
   без изменений.

   2.  Иск  о возмещении морального вреда в связи с содержанием заявителя
   в СИЗО-1 и исправительной колонии No.13 г. Нижний Тагил

   27.  В  июле  или  августе  2006  г.  заявитель  обратился  с  исковым
   заявлением  о  компенсации  морального  вреда в связи с предполагаемым
   незаконным   содержанием  под  стражей  и  предполагаемым  отсутствием
   медицинской  помощи в СИЗО-1 в период с 9 февраля по 10 марта 2004 г.,
   незаконным  содержанием  под  стражей  в  ИКNo.13  в г. Нижний Тагил в
   период   с  4  по  15  августа  2005  г.,  предполагаемым  отсутствием
   медицинской помощи в соответствующий период.

   28.  25  декабря  Ленинский  районный  суд  г.  Екатеринбург отказал в
   удовлетворении исковых требований заявителя. В частности, суд признал,
   что  содержание под стражей в период с 9 февраля по 10 марта 2004 г. в
   СИЗО-1  не  было  незаконным,  несмотря  на  то,  что  постановление о
   заключении  его под стражу было отменено в кассационной инстанции. Суд
   также   отказал   в   удовлетворении  жалоб  заявителя  об  отсутствии
   медицинской  помощи в исправительной колонии No.13 как необоснованных.
   Что  касается  требования  заявителя  о компенсации морального вреда в
   связи   с   незаконными   действиями   администрации   исправительного
   учреждения No.13 г. Нижний Тагил. Суд указал следующее:

   "Хотя  согласно  решению Чкаловского районного суда г. Екатеринбург от
   23 июня 2006 г. действия администрации исправительного учреждения были
   признаны   незаконными,  суд  не  находит  оснований  для  присуждения
   компенсации   морального   вреда.  Факторы,  которые  учитываются  при
   присуждении  подобной компенсации, включают существование физических и
   нравственных    страданий,    незаконность   действия   (бездействия),
   причинно-следственная  связь  между  действием  и  причиненным вредом,
   добровольное поведение со стороны виновника.

   С  учетом  материала,  имеющегося  у  суда, суд не видит оснований для
   того,   чтобы   признавать,   что  заявителя  испытал  физические  или
   нравственные   страдания   в   результате   нарушения  его  прав,  как
   установлено в решении Чкаловского районного суда г. Екатеринбург."

   D.  Заявление о снятии судимости заявителя 

   29.  В  неопределенную  дату заявитель обратился с заявлением о снятии
   судимости.    Он    ссылался    на    положительные    характеристики,
   трудоустройство и семью.

   30.  18  октября  2006  г.  Чкаловский  районный  суд  г. Екатеринбург
   отказался удовлетворять заявление заявителя.

   31.  6  декабря  2006  г.  Областной суд оставил решение от 18 октября
   2006 г. без изменений.

   II.  ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ПРАВО

   A.  Условия содержания под стражей до суда

   32.  Статья  23  ФЗ  от  15  июля  1995  г. <<О содержании под стражей
   подозреваемых  и  обвиняемых>>  предусматривает,  что  подозреваемым и
   обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены и
   санитарии. Им предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно
   выдаются   постельные   принадлежности,  столовые  приборы,  туалетная
   бумага.

   Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в
   размере четырех квадратных метров.

   33.  Более  того, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным
   питанием,  достаточным  для  поддержания  здоровья  и  сил  по нормам,
   определяемым Правительством Российской Федерации (Статья 22).

   34.  Статья  99  УИК РФ от 8 января 1997 г., с внесенными изменениями,
   предусматривает,   что   норма  жилой  площади  в  расчете  на  одного
   осужденного  к лишению свободы в исправительных колониях не может быть
   менее    двух    квадратных    метров.    Осужденным   предоставляются
   индивидуальные  спальные  места,  постельные принадлежности, одежда по
   сезону, средства гигиены.

   B.  Виды режимов 

   35.  УИК   РФ   предусматривает  пять  основных  видов  исправительных
   учреждений  для  осужденных: колония-поселение, колония общего режима,
   строгого режима, специального режима, тюрьм.

   36.  Условия   содержания   для   заключенного,   отбывающего  срок  в
   колонии-поселении,  самые  мягкие.  В частности, осужденные не живут в
   камерах  или  бараках,  а  в  общих  неохраняемых комнатах. Они вправе
   свободно   передвигаться   по   колонии-поселению   в  дневное  время.
   Количество  и время визитов семьи не ограничено, а также не ограничены
   возможности  получать посылки и деньги из дома. В качестве стимула для
   хорошего  поведения,  при  согласии  администрации,  осужденные могут,
   среди  прочего, жить за пределами колонии-поселения со своими семьями,
   жить   в  съемных  квартирах,  уезжать  на  праздники  и  выходные  из
   колонии-поселения,  свободно  передвигаться  по городу или району, где
   находится  колония-поселение.  Они  не  носят  форму  и  могут тратить
   денежные   средства   по  своему  усмотрению.  Осужденным  могут  даже
   разрешить  уехать  работать  в  другой  город  или район, или получать
   высшее образование через дистанционную программу.

   37.  В  тюрьме  режим  самый строгий. Осужденные содержатся в камерах.
   Они  могут  проводить  на  улице не более 1,5 часов в день. Количество
   визитов  семьи  и  посылок ограничено, а также ограничено сумма денег,
   которую осужденные могут тратить в течение одного месяца.

   38.  По  прибытию  в  место отбывания наказания, осужденный может быть
   помещен  в  карантин  на  период  до  15  дней.  Условия  содержания в
   карантине должны быть такими же, как и в месте отбывания наказания.

   ПРАВО

   I.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

   39.  В  жалобе  от  8  декабря  2005 г. заявитель жаловался на то, что
   условия  содержания  под стражей в СИЗО-1 г. Екатеринбург в период с 9
   февраля  по  10  марта 2004 г. и в период с 15 марта по 3 августа 2005
   г., а также на условия содержания в ИК-13 г. Нижний Тагил в период с 4
   по  15 августа 2005 г. Кроме того, в своих обращениях от 28 марта 2011
   г., заявитель жаловался на условия содержания в ИК-13 г. в период с 15
   августа  по  17  февраля  2006  г.  Он ссылался на Статью 3 Конвенции,
   которая гласит следующее:

   "Никто   не  может  быть  подвергнут  пыткам  или  бесчеловечному  или
   унижающему достоинство обращению или наказанию."

   A.  Приемлемость 

   40.  Суд  отмечает,  что  жалоба  заявителя  касается  двух  отдельных
   периодов содержания под стражей, а именно: (1) с 9 февраля по 10 марта
   2004  г., когда заявителя освободили перед судебным процессом, и (2) с
   15  марта 2005 г., когда его снова поместили под стражу, по 17 февраля
   2006 г., когда его освободили после отбытия срока. В связи с этим, Суд
   отмечает,  что  заявителя  освободили, но впоследствии снова взяли под
   стражу,  поэтому  Суд не считает, что два отдельных периода составляют
   длящуюся ситуацию (см. Ananyev and Others v. Russia, nos. 42525/07 and
   60800/08,  S: 79,  10 January  2012;  and, mutatis mutandis, Idalov v.
   Russia  [GC],  no. 5826/03, S:S: 128-30, 22 May 2012). Соответственно,
   Суд  рассмотрит,  не  пропущен  ли  заявителем  шестимесячный  срок по
   каждому периоду.

   1.  Содержание под стражей в период с 9 февраля по 10 марта 2004 г.

   41.  Что касается жалобы заявителя на условия содержания под стражей в
   период  с  9 февраля по 10 марта 2004 г. в СИЗО-1, Суд напоминает, что
   российская  правовая  система  не имеет эффективного средства правовой
   защиты  для  обращения  с  такой жалобой (см. Ananyev, cited above, S:
   119),  поэтому  шестимесячный  срок  начинается  с момента прекращения
   ситуации,  на  которую  заявитель  жалуется.  Таким образом, заявителю
   необходимо  было  обратиться  в  Суд  не  позднее  10 сентября 2004 г.
   Однако,  он  обратился  8  декабря  2005  г.,  после  истечения срока.
   Следовательно, данная жалоба должна быть отклонена на основании Статьи
   35 S:S: 1 и 4 Конвенции.

   2.  Содержание  под  стражей в период с 15 марта 2005 г. по 17 февраля
   2006 г. 

   42.  Суд напоминает, что во время содержания под стражей в период с 15
   марта  2005  г.  по  17  февраля  2006  г.  заявитель находился в двух
   учреждениях.  Во-первых,  в  период с 15 марта по 3 августа 2005 г. он
   содержался  в  СИЗО-1  в г. Екатеринбург, а затем в период с 4 августа
   2005  г.  по  17 февраля 2006 г. он находился в исправительной колонии
   ИК-13  в  г. Нижний Тагил. В последнем в период с 4 по 15 августа 2005
   г.  заявитель  содержался  в  карцере  в  условиях,  подобных условиям
   обыкновенной  тюремной камеры. С 15 августа 2005 г. по 17 февраля 2006
   г. его разместили в общую комнату колонии-поселения. В своей жалобе от
   8  декабря  2005  г.  заявитель  жаловался  на  условия содержания под
   стражей  относительно  периода  с 15 марта по 15 августа 2005 г., в то
   время  как  жалоба  относительно  периода  с  15 августа 2005 г. по 17
   февраля 2006 г. была представлена 28 марта 2011 г.

   43.  С  учетом  вышеизложенного  Суд  считает, что поскольку заявитель
   обратился  с  жалобой  относительно  содержания  его под стражей (1) в
   период  с  15  марта  по  3  августа  2005 г. и (2) в период с 4 по 15
   августа 2005 г. в течение шести месяцев с момента окончания указанного
   периода,  критерий  шестимесячного  срока был соблюден заявителем. Суд
   отмечает,  что  эта  часть  жалобы  не  является явно необоснованной в
   значении  Статьи  35  S:  3  (a)  Конвенции.  Суд  также указывает, не
   является  жалоба  необоснованной и по другим причинам. Соответственно,
   жалоба не может быть отклонена.

   44.  Что  касается  периода  содержания  заявителя  под  стражей  с 15
   августа  2005  г.  по 17 февраля 2006 г. Суд отмечает, что жалоба была
   направлена  через  более  чем  пять  лет  с  момента окончания данного
   периода. Соответственно, жалоба была представлена по истечение срока и
   должна быть отклонена на основании Статьи 35 S:S: 1 и 4 Конвенции.

   B.  По существу

   1.  Пояснения сторон 

   45.  Правительство  утверждало,  что  условия содержания заявителя под
   стражей  в  СИЗО-1  с  15  марта  по 3 августа 2005 г. соответствовали
   Статье 3 Конвенции. Заявитель не был постоянно заперт в камере. Он мог
   встречаться  со  своим  защитником  и/или  со  своей  семьей.  Он  мог
   участвовать  в  следственных  действиях  и  осуществлять свое право на
   молитву специальном помещении. Более того, ему было разрешено покидать
   камеру,  чтобы  принять  душ  и  постирать свои вещи. В некоторых СИЗО
   заключенные могут работать на различных производствах, прикрепленных к
   СИЗО  (см.  параграфы 15-17 выше), государство ссылалось на выписки из
   регистрационных   журналов   заключенных.   Ссылаясь   на   заявления,
   представленные   администрацией   исправительной  колонии  No.13,  где
   заявитель  отбывал  наказание, государство также заявляло, что условия
   содержания  заявителя  под  стражей в период с 4 по 15 августа 2004 г.
   соответствовали стандартам, установленным Статьей 13 Конвенции.

   46.  Заявитель  утверждал, что условия содержания под стражей в СИЗО-1
   и   ИК-13  не  соответствовали  стандартам,  установленным  Статьей  3
   Конвенции.   Он   заявлял,   что   описание  условий  его  содержания,
   представленное  государством,  не  было корректным. Заявитель пояснял,
   что  в течение всего обсуждаемого периода он находился в переполненных
   камерах  и  что  у  него  не  было индивидуального спального места или
   постельного   белья.   Он   также  представил  заявления  заключенных,
   содержащихся  в камерах вместе с заявителем, которые содержат подобное
   описание условий содержания там под стражей.

   2.  Оценка Суда 

   (a)  Общие принципы

   (i)  Условия содержания под стражей

   47.  Общие  принципы  относительно  условий содержания заключенных под
   стражей  четко  разработаны  в  прецедентной  практике  Суда  и гласят
   следующее (см. Ananyev, cited above):

    "139.  Суд  напоминает,  что  Статья  3  Конвенции  закрепила один из
   фундаментальных  идеалов  демократического  общества. Она в абсолютных
   выражениях   запрещает   пытку   либо   бесчеловечное   или  унижающее
   достоинство  человека  обращение  или  наказание  вне  зависимости  от
   обстоятельств  и  образа действий жертвы (см., например, постановление
   Большой  Палаты  Европейского  cуда  по  делу  "Лабита  против Италии"
   (Labita v. Italy), жалоба N 26772/95, S: 119, ECHR 2000-IV).

   Суд  также напоминает, что в соответствии с установленными им в нормах
   прецедентного  права требованиями, неправомерное обращение с человеком
   должно  нести  в  себе  некий  минимум жестокости, чтобы на акт такого
   обращения  распространялось  действие Статьи 3 Конвенции. Оценка этого
   минимума  относительна  - она зависит от обстоятельств дела, таких как
   продолжительность неправомерного обращения с человеком, его физические
   и   психические  последствия  для  человека,  а  в  некоторых  случаях
   принимаются  во  внимание  пол,  возраст  и  состояние здоровья жертвы
   (среди других источников правовых требований по данному вопросу см., в
   частности,  постановление  Европейского  суда по делу "Ирландия против
   Соединенного  Королевства"  (Ireland  v.  United Kingdom) от 18 января
   1978 г. Series A, N 25, p. 65, S: 162).

   140.  Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня
   жестокости,  обычно  подразумевает причинение реального вреда здоровью
   или  интенсивные  физические  или  моральные страдания. Однако, даже в
   отсутствие  таковых, если обращение унижает или оскорбляет достоинство
   человека,  демонстрируя отсутствие уважение к лицу или преуменьшая его
   или  ее чувство собственного достоинства, или вызывает чувство страха,
   страдание  или чувство неполноценности, что может .разрушить моральную
   и  физическую устойчивость человека, может также характеризоваться как
   унижающее  достоинство,  а  также  подпадает  под запрет Статьи 3 (see
   Pretty  v. the United Kingdom, no. 2346/02, S: 52, ECHR 2002-III, with
   further references).

   141.   Европейский   суд  равным  образом  неоднократно  отмечал,  что
   страдания  и  унижение  при  нарушении  статьи 3 в любом случае должны
   превосходить  уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в
   любом  законном  обращении  или  наказании.  В  соответствии  с данным
   положением  Договаривающееся  государство должно обеспечить содержание
   лица  под  стражей  в  таких  условиях,  в  которых  бы  уважалось его
   человеческое  достоинство,  такими  способами  и методами, при которых
   лицо  не  терпит  душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный
   уровень  страданий при заключении, а также должным образом заботится о
   здоровье  и  благополучии  с  учетом  практических  требований лишения
   свободы (см. Kudl/a, cited above, S:S: 92-94, and Popov v. Russia, no.
   26853/04, S: 208, 13 July 2006).

   142.  При  оценке  условий содержания под стражей необходимо учитывать
   совокупное  воздействие  данных  условий,  а также показания заявителя
   (см.  Dougoz  v.  Greece,  no.  40907/98,  S: 46, ECHR 2001-II). Также
   необходимо  принимать  во  внимание  длительность  периода,  в течение
   которого  лицо  находилось  в  определенных  условиях  (см.  Alver  v.
   Estonia, no. 64812/01, 8 November 2005)."

   (ii)  Оценка показаний и установление фактов 

   48.    Европейский  суд  напомнил,  что  жалобы  на жестокое обращение
   должны  быть  основаны  на соответствующих доказательствах. При оценке
   доказательств   Европейский   суд,  как  правило,  применяет  стандарт
   доказывания  "вне  всякого  сомнения".  Тем не менее такое доказывание
   должно   опираться   на   существование  достаточно  веских,  ясных  и
   согласованных выводов или неопровержимых презумпций фактов (see Salman
   v. Turkey [GC], no. 21986/93, S: 100, ECHR 2000-VII).

   (b)  Применение данных принципов в настоящем деле 

   (i)  Содержание под стражей в период с 15 марта по 3 августа 2005

   49.  Что касается содержания заявителя в СИЗО-1 в период с 15 марта по
   3  августа 2005 г., Суд отмечает, что согласно пояснениям государства,
   в  этот период заявителю было предоставлено не более 2,30 кв.м личного
   пространства.  В  определенные  дни  камеры  были так переполнены, что
   площадь  личного  пространства  была  менее  1,1 кв. м. Из информации,
   предоставленной    Правительством,    заявитель   не   был   обеспечен
   индивидуальным   спальным   местом  большую  часть  времени  во  время
   нахождения  в СИЗО. В течение 4,5 месяцев заявителю пришлось проводить
   как минимум 23 часа в сутки в таких условиях.

   50.  В  связи  с  с этим Суд отмечает, что в более ранних делах против
   России, когда в распоряжении заявителей было менее 3 кв.м, Суд считал,
   что камеры были настолько переполнены, что такая перенаселенность сама
   по  себе  составляла  нарушение  Статьи  3  (см. Ananyev, cited above,
   S: 145).  По  мнению  Суда,  эти  выводы применимы и в настоящем деле.
   Соответственно,  Суд  признает,  что  содержание  заявителя в СИЗО-1 в
   период  с  25  марта по 4 августа 2005 г. в переполненных камерах, где
   его   не   обеспечили   индивидуальным   спальным   местом,   являлось
   бесчеловечным  и унижающим достоинство обращением в нарушение Статьи 3
   Конвенции. Соответственно, имело место нарушение данного положения.

   51.  В   связи   с   вышеизложенным,   Суд   не   считает  необходимым
   рассматривать  остальную  часть  пояснений  сторон относительно других
   аспектов условий содержания заявителя под стражей в обсуждаемый период
   (cf. Idalov, cited above, S: 102).

   (ii)  Содержание под стражей в период с 4 по 15 августа 2005

   52.  Суд отмечает, что в ходе судебного разбирательства в национальных
   судах,  инициированного  заявителем,  было  установлено,  что во время
   содержания  в  колонии-поселении  в  ИК-13  в  г.  Нижний Тагил личное
   пространство,  предоставленное заявителю в карцере, составляло менее 2
   кв.  м.  Заявителю  пришлось  делить  камеру  площадью  в 8 кв.м с 2-3
   заключенными  в  течение как минимум 22 часов в сутки (см. параграф 25
   выше).

   53.  Суд  также  принимает  во  внимание  вывод  национальных судебных
   органов  относительно  того,  что  условия  содержания  заявителя  под
   стражей    не   соответствовали   предусмотренному   законодательством
   требованию  относительно  личного  пространства  лиц, содержащихся под
   стражей.  Суд  также отмечает отсутствие приватности при использовании
   туалета,  отделенного от остальной части камеры перегородкой высотой в
   1,1  м,  и  запрет  деятельности  за пределами камеры. Тем не менее, с
   учетом  кумулятивного  влияния таких условий, и в частности, краткость
   пребывания  заявителя  в  карцере в колонии-поселении, Суд не считает,
   что условия содержания заявителя, хотя и далеко неадекватные, достигли
   уровень  жестокости  ,  необходимый  для  того, чтобы охарактеризовать
   отношение  как  бесчеловечное  или  унижающее  достоинство  в значении
   Статьи  3 Конвенции . Следовательно, не имело место нарушение Статьи 3
   (cf.  Fetisov  and Others v. Russia, nos. 43710/07, 6023/08, 11248/08,
   27668/08, 31242/08 and 52133/08, S: 138, 17 January 2012).

   II.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ

   54.  Заявитель  жаловался  на то, что его содержали в камере тюремного
   режима  в  период  с  4  по 15 августа 2005 г. в нарушение применимого
   национального   законодательства.   Суд  рассмотрит  жалобу  в  рамках
   Статьи 5 S: 1 (a) Конвенции, которая гласит следующее:

   "1.  Каждый  имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто
   не  может  быть  лишен  свободы за исключением в следующих случаях и в
   соответствии с предусмотренной законом процедурой:

   (a)  законное   содержание   лица   под   стражей   лица,  осужденного
   компетентным судом."

   55.  Правительство  заявило,  что  заявитель  находился  под стражей в
   рассматриваемый период в соответствии с требованиями, предусмотренными
   Статьей  5 S: 1 (a)  Конвенции. Также государство отметило, что обычно
   по  прибытию  в  исправительное  учреждение  осужденных  направляют  в
   карантин.   Однако   в   связи  с  отсутствием  карантинных  секций  в
   колонии-поселении  ИК-13  в  г.  Нижний  Тагил, заявителя разместили в
   камере тюремного типа, что фактически нарушало применимое национальное
   законодательство.

   56.  Заявитель поддержал свою жалобу.

   A.  Приемлемость

   57.  Суд  напоминает,  что  это  касается  прежде  всего  национальных
   властей, которые должны возместить ущерб за любое нарушение Конвенции.
   В  связи  с  этим  вопрос  о том, является ли заявитель предполагаемой
   жертвой, уместен на всех стадиях процесса (см. Siliadin v. France, no.
   73316/01,  S: 61,  ECHR 2005-VII).  Заявитель не утрачивает его или ее
   статус  жертвы,  если национальные власти, зная о нарушении, прямо или
   по  существу,  не  предоставили  надлежащую  и достаточную компенсацию
   нарушения  Конвенции  (см.,  например, Scordino v. Italy (no. 1) [GC],
   no. 36813/97, S:S: 178-93, ECHR 2006-V).

   58.  В  настоящем  деле Суд отмечает, что национальные судебные органы
   власти  четко  признали, что содержание под стражей в камере тюремного
   типа было незаконным (см. параграф 25 выше). Однако, заявителю не была
   присуждена  компенсация  за  данное  нарушение.  Национальные судебные
   органы просто констатировали, без проведения детального анализа, что в
   заявителю не причинены какие-либо физические или моральные страдания в
   результате нарушения его прав (см. параграф 28 выше). Суд считает, что
   при  данных  обстоятельствах  дела  заявитель не получил приемлемого и
   достаточного  возмещения,  поэтому  сохраняет статус жертвы в значении
   Статьи 34 Конвенции.

   59.  Суд  отмечает,  что  эта жалоба не является явно необоснованной в
   значении Статьи 35 S: 3 (a) Конвенции. Суд также указывает, что жалоба
   не  является  неприемлемой  по  другим  основаниям. Следовательно, Суд
   объявляет жалобу приемлемой.

   B.  По существу

   60.  .  Европейский  суд  напоминает,  что  выражения  "законный" и "в
   порядке,  установленном  законом",  содержащиеся  в пункте 1 статьи 5,
   отсылают    к    национальному    законодательству   и   устанавливают
   обязательство  соблюдать  его материальные и процессуальные нормы (см.
   Khudoyorov v. Russia, no. 6847/02, S: 124, ECHR 2005-X (извлечения)).

   61.  В  настоящем деле Суд отмечает, что вопрос о соответствии условий
   содержания  заявителя  с применимыми национальными законами фактически
   стал  предметом  рассмотрения  в  национальных  судах. 23 июня 2006 г.
   районный  суд  признал,  что  заявитель был незаконно помещен в камеру
   тюремного  типа  на десять дней. Решение районного суда было оставлено
   без  изменения  Областным  судом, у Суда нет оснований для того, чтобы
   отойти  от  выводов  национальных  судов  и  прийти к выводу, что было
   нарушено  национальное  законодательство. Поэтому содержание заявителя
   под  стражей  в  период с 4 по 15 августа 2005 г. <<не соответствовало
   требованиям,  предусмотренным  законом>>.  Соответственно, имело место
   нарушение Статьи  5 S: 1 (a) Конвенции.

   III.  ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

   62.  Наконец, заявитель также жаловался на Статьи 5, 6 и 8 Конвенции в
   связи  с  содержанием под стражей до суда и уголовным преследованием в
   отношении него.

   63.  Однако, в свете материалов, предоставленных Суду, а также в связи
   с  тем,  что  жалобы  подпадают под компетенцию Суда, он признает, что
   ничего  не  подтверждает  нарушение  прав  и  свобод,  предусмотренных
   Конвенцией  или  Протоколами  к  ней.  Из этого следует, что эта часть
   жалобы   должна   отклонена   как  явно  необоснованная  на  основании
   Статьи 35 S:S: 3 (a) и 4 Конвенции.

   IV.  ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ


   64. Статья 41 Конвенции гласит:

   "Если   Суд   объявляет,  что  имело  место  нарушение  Конвенции  или
   Протоколов  к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны
   допускает  возможность  лишь  частичного  устранения последствий этого
   нарушения,   Суд,  в  случае  необходимости,  присуждает  справедливую
   компенсацию потерпевшей стороне".

   A.  Ущерб

   65.  Заявитель   требовал   450,826.54   ЕВРО  в  качестве  возмещения
   материального  ущерба в связи с потерей заработной платы и причинением
   вреда  его  здоровью.  Он  также  требовал   534,000  ЕВРО  в качестве
   компенсации морального вреда.

   66.  Правительство   посчитало   требование   заявителя  чрезмерным  и
   необоснованным.  Оно  также  заявило,  что  признание  нарушения будет
   достаточной справедливой компенсацией.

   67.  Суд  не усматривает причинно-следственной связи между признанными
   нарушениями  и предполагаемым материальным ущербом, поэтому отказывает
   в  удовлетворении  данного  требования. Что касается морального вреда,
   причиненного  заявителю,  Суд считает, что он не может быть достаточно
   компенсирован  только признанием нарушения. На справедливой основе Суд
   присуждает  заявителю  7500  ЕВРО  в  качестве  компенсации морального
   вреда.

   B.  Судебные расходы и издержки

   68.  Заявитель  не требовал возмещения судебных расходов и издержек. .
   Соответственно,   Европейский  суд  не  присудил  заявителю  ничего  в
   качестве компенсации судебных расходов и издержек

   C.  Процентная ставка при просрочке платежей


   69. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей
   должна быть установлена в размере предельной годовой

   ПО ЭТИМ ПРИЧИНАМ, СУД ЕДИНОГЛАСНО

   1.  Объявляет жалобу в части условий содержания под стражей в период с
   15   марта  по  15  августа  2005  г.  и  предполагаемой  незаконности
   содержания  заявителя  под  стражей в период с 4 по 15 августа 2005 г.
   приемлемой, в остальной части жалоба признается неприемлемой;

   2.  Постановляет, что имело место нарушение Статьи 3 Конвенции в части
   условий  содержания под стражей в СИЗО-1 г. Екатеринбург в период с 15
   марта по 3 августа 2005 г.;

   3.  Постановляет,  что  не  имело место нарушение Статьи 3 Конвенции в
   части  условий  содержания заявителя в исправительной колонии No.13 г.
   Нижний Тагил в период с 4 по 15 августа 2005;

   4.  Постановляет,   что   имело   место  нарушение  Статьи  5 S: 1 (a)
   Конвенции;

   5. Постановляет

   (а)  что государство-ответчик должно выплатить организации-заявителю в
   течение  трех  месяцев  с даты, когда постановление вступит в законную
   силу  в  соответствии  со  Статьей  44 S: 2 Конвенции, EUR 7 500 (семь
   тысяч   пятьсот  евро)  в  качестве  компенсации  морального  вреда  в
   пересчете  на  национальную  валюту  государства-ответчика  по  курсу,
   действующему   на  день  вынесения  постановления,  а  также  уплатить
   необходимые налоги;

   (b)  что  простые  проценты  по ставке Европейского центрального банка
   начисляются  на  эту  сумму по истечении вышеупомянутого трехмесячного
   срока до момента фактической уплаты плюс три процента;

   6.Отклоняет остальные  требования  заявителя относительно справедливой
   компенсации.

   Совершено  на  английском  языке,  и  вынесено  в  письменной форме 23
   октября 2012 г., на основании Правила 77 S:S: 2 и 3 Правил Суда.

   So/ren Nielsen Nina Vajic
   Секретарь Председатель

   16 DMITRIY ROZHIN v. RUSSIA JUDGMENT

   DMITRIY ROZHIN v. RUSSIA JUDGMENT 15


Если вы хотите поддержать нашу деятельность, то введите в поле ниже сумму в рублях, которую вы готовы пожертвовать и кликните кнопку рядом:

рублей.      


Поделиться в социальных сетях:

  Diaspora*

Комментарии:

Добавить комментарий:

Ваше имя или ник:

(Войти? Зарегистрироваться? Забыли пароль? Войти под OpenID?)

Ваш e-mail (не обязателен, если укажете - будет опубликован на сайте):

Ваш комментарий:

Введите цифры и буквы с картинки (защита от спам-роботов):