Поддержите наш сайт

Кошельки WebMoney
R100422485116
Z219248449031

номер счета Яндекс.Деньги
410011036240475



ино-Странные записки


Записки начинающего правозащитника

Наши победы

КУЛИК И ДР. ПРОТИВ РОССИИ

БУРКОВ ПРОТИВ ГУГЛ

МИХАЙЛОВА ПРОТИВ РОССИИ

БРАГИНА ПРОТИВ РОССИИ

КОНЫГИН против РОССИИ

АБРАМЧУК против РОССИИ

Тимошенко и др. за свободные выборы

НОЖКОВ против РОССИИ

РОЖИН против РОССИИ

КАРПЕНКО против РОССИИ

БОРИСОВ против РОССИИ

ПРОШКИН против РОССИИ

ШАРКУНОВ и МЕЗЕНЦЕВ против РОССИИ

ГОРСКАЯ против РОССИИ

ЗАХАРКИН против РОССИИ

ХАЛИУЛЛИН против РОССИИ

БУТУСОВ против РОССИИ

РАНЦЕВ против КИПРА и РОССИИ

ПОРУБОВА против РОССИИ

КОЗЛОВ против РОССИИ

ДОКУКИН против ПРАВИТЕЛЬСТВА

СУТЯЖНИК против РОССИИ

РАКЕВИЧ против РОССИИ


Обмен ссылками

Московская Хельсинкская Группа

Консультативный Совет региональных профсоюзных объединений

Тюремные новости

Екастройка. Свердловск/Екатеринбург на рубеже веков

Правовая помощь в Узбекистане

Пермский региональный правозащитный центр

 

Бурков Антон Леонидович

Принудительная госпитализация душевнобольных в Российской Федерации в соответствии со статьей 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод

20.05.2006

Опубликовано: Журнал "Правоведение", № 2, 2006. С. 120-136

http://www.jurisprudence-media.ru/archive/2006/2/11.php

В настоящей статье рассматриваются некоторые вопросы соответствия заключения под стражу душевнобольных в Российской Федерации европейским стандартам. С этой целью дается анализ регулирования прав душевнобольных в Российской Федерации, а также соответствующих положений Конвенции. Исходя из этого делается вывод о том, как соотносятся российская практика и законодательство, с одной стороны, и принципы, изложенные в Конвенции, — с другой.

 

Фотокопия статьи доступна здесь (формат PDF, 7 Mb)

или здесь (формат PDF, 116 Kb)

Принудительная госпитализация душевнобольных в Российской Федерации в соответствии со статьей 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод

А. Л. БУРКОВ*

1. Введение

28 февраля 1996 г. Российская Федерация получила возможность присоединиться к Уставу Совета Европы без соблюдения всех необходимых условий, установленных для государств-участников. Процесс вступления России в Совет Европы вызвал обширные дебаты в учреждениях Совета Европы относительно пригодности кандидата.[1] Присоединение России произошло несмотря на отрицательный специальный отчет «Eminent Lawyers Report», в котором специалисты Совета Европы пришли к заключению, что «правовой порядок в Российской Федерации в настоящий момент не соответствует стандартам Совета Европы, закрепленным в его Уставе и развитым учреждениями Европейской конвенции по защите прав человека».[2] Аналогичная оценка правовой системы Российской Федерации была дана директором Правового департамента Министерства иностранных дел России А. Ходаковым в Пояснительной записке от 30 января 1996 г. по вопросу о подписании Российской Федерацией Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней. В записке отмечалось: «На настоящий момент российское законодательство, за исключением Конституции Российской Федерации, и правоприменительная практика не в полной мере соответствуют стандартам Совета Европы».[3]

Подчеркивалось, что такое присоединение по политическим мотивам вызывает беспокойство относительно соблюдения Страсбургского права: у Российской Федерации отсутствует опыт защиты прав человека на национальном уровне, и поэтому, вполне вероятно, может быть совершено очень большое число нарушений европейских стандартов прав человека, которые не будут устранены в рамках национальной правовой системы.[4]

В настоящей статье рассматриваются некоторые вопросы соответствия заключения под стражу душевнобольных в Российской Федерации европейским стандартам.[5] Затрагиваются существующие проблемы соответствия российской практики и законодательства о применении принудительной госпитализации практике Европейского суда по правам человека (далее — Суд), основывающейся на подп. «e» п. 1 и п. 4 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция). С этой целью дается анализ регулирования прав душевнобольных в Российской Федерации, а также соответствующих положений Конвенции. Исходя из этого делается вывод о том, как соотносятся российская практика и законодательство, с одной стороны, и принципы, изложенные в Конвенции, — с другой.

2. Заключение под стражу душевнобольных в соответствии со статьей 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Критерии законности

Регулируя порядок заключения под стражу душевнобольных, подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции устанавливает следующее: «Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы, иначе как в следующих случаях и порядке, установленном законом: <...> законное заключение под стражу душевнобольных...».

Заключение под стражу душевнобольного является одним из пунктов исчерпывающего списка оснований заключения под стражу, закрепленных в ст. 5 Конвенции, которая устанавливает, что заключение под стражу должно быть «законным» и совершаться «в порядке, установленном законом». В деле Winterwerp v. Netherlands термин «законность» понимается как соответствие требованиям национального законодательства, а также ограничениям, установленным в подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции.[6] В данном деле Суд также разграничивает процессуальную и материальную законность.[7] Процессуальная составляющая понятия «законность» пересекается с требованием к совершению заключения под стражу «в порядке, установленном в законе».[8] Материальный компонент состоит в доказывании того факта, что заключенный является душевнобольным лицом, и имеются основания к его помещению в лечебное учреждение в недобровольном порядке.

Материальная составляющая понятия «законность». С целью установления «материальной законности» заключения под стражу душевнобольных Суд в деле Winterwerp установил так называемый «метод тройного теста» (the triple-test approach). [9] Согласно правовому принципу, установленному в данном деле, заключение под стражу может быть признано законным только в случае удовлетворительного ответа по всем пунктам теста. В деле Johnson v. UK данный тест был истолкован следующим образом. Лицо не может быть лишено свободы при отсутствии следующих трех условий: 1) оно должно быть объективно признано душевнобольным; 2) психические отклонения должны быть такого характера и такой степени, которые оправдывают принудительное заключение под стражу; 3) правомерность длительного заключения зависит от продолжительности психических отклонений.[10] Данный тест был развит в последующей практике Суда.

«Лицо должно быть объективно признано душевнобольным». В деле Winterwerp было установлено, что определение понятия «душевнобольные» не закреплено в Конвенции. Более того, данному понятию вообще не может быть дано четкое определение. [11] Тем не менее суд установил, что «в любом случае подп. “e” п. 1 ст. 5, очевидно, не может рассматриваться как разрешение содержания под стражей лица только потому, что его взгляды или поведение не соответствуют нормам, преобладающим в данном обществе». [12] Например, в одном из последних дел по подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции (Rakevich v. Russia) Суд подчеркнул, что эмоциональное чтение Библии в течение ночи само по себе не является свидетельством того, что лицо нуждается в неотложной психиатрической помощи.[13] В связи с этим Суд указал, что единственным средством установления психиатрического расстройства является «объективная медицинская экспертиза». [14] При наличии убедительных оснований Суд может усомниться в объективности и достоверности медицинского заключения.[15] В случае чрезвычайных обстоятельств медицинской экспертизы не требуется. [16] Однако при чрезвычайных обстоятельствах заключение под стражу будет соответствовать требованиям подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции только в том случае, если медицинское освидетельствование было проведено непосредственно после заключения под стражу.[17]

«Психическое расстройство должно быть такого характера и такой степени, которые оправдывают принудительную госпитализацию». Сам факт наличия психического заболевания не должен безальтернативно приводить к заключению больного лица. Он обязательно должен удовлетворять требованиям второго условия теста. В области определения степени психического расстройства должны признаваться «определенная степень свободы усмотрения национальных органов власти, поскольку именно они, прежде всего, должны оценить приводимые в каждом конкретном случае доказательства; задачей Суда является рассмотрение решений этих властей в свете Конвенции».[18] Предоставив государственным органам довольно широкое право усмотрения, Суд в деле Litwa v. Poland постановил, что применение заключения под стражу как очень серьезной меры может быть оправданным только в том случае, если при этом рассматривалась возможность применения других, менее строгих мер, и они были признаны недостаточными для защиты частного или публичного интереса.[19] Иными словами, заключение должно быть абсолютно необходимым. Это условие является другим фундаментальным элементом понятия «законности» заключения под стражу, как оно понимается в подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции, называемым «обоснованностью заключения».[20]

Правомерность длительного заключения зависит от продолжительности психических отклонений. В деле Johnson Суд выразил следующее мнение: «Из заключения эксперта о том, что психическое отклонение, которое было основанием заключения больного в психиатрическую больницу, более не проявляется, автоматически не следует, что последний должен быть немедленно и безусловно освобожден». [21] Суд также признал, что «ответственное лицо вправе в свете всех относящихся к делу обстоятельств и затрагиваемых интересов осуществлять аналогичную свободу усмотрения при решении вопроса о правомерности немедленного и абсолютного освобождения лица, которое более не страдает психическим расстройством, приведшим к заключению».[22] Тем не менее лицо, уполномоченное применять задержание, является ответственным за размещение бывшего пациента в так называемом общежитии для недавно освобожденных, в случае если бывший пациент был освобожден с определенными условиями. [23] Невыполнение данного требования будет являться нарушением подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции, что более подробно будет рассмотрено ниже.

Границы применения подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции. В деле Winterwerp Суд постановил, что по смыслу подп. «e» п. 1 ст. 5 Конвенции принцип законности заключения под стражу распространяется как на санкционирование, так и на применение меры лишения свободы.[24] Этот принцип был далее разъяснен Судом: «Право душевнобольного на лечение, соответствующее его состоянию, само по себе не следует из подп. “e” п. 1 ст. 5».[25] Тем не менее в деле Ashingdane Суд признал, что существует «определенная связь между основанием допущенного ограничения свободы и местом, а также условиями содержания под стражей. В принципе, заключение лица, страдающего психическим расстройством, будет законным по смыслу подп. “e” п. 1 ст. 5 только в том случае, если оно было исполнено в больнице, клинике или ином учреждении, предназначенном для этой цели».[26]

Процессуальная составляющая понятия «законность». Не менее важным требованием законности принудительной госпитализации является процессуальная составляющая понятия «законности». Соблюдение процессуальной законности заключения под стражу возможно только при соблюдении следующих правил.

Закон государства должен быть сформулирован с достаточной степенью точности. [27] Так, в двух болгарских делах, где принудительная госпитализация была санкционирована прокурором, Суд установил, что национальное законодательство об ограничении свободы не соответствовало требованиям Конвенции, так как не содержало каких-либо норм, наделяющих прокуроров полномочиями заключения лиц в психиатрическую больницу с целью прохождения психиатрической экспертизы. [28]

Ответственное за задержание лицо должно соблюдать внутреннее законодательство. В деле Rakevich v. Russia суд нашел нарушение подп. «e» п. 1 ст. 5, так как национальному суду потребовалось 39 дней на рассмотрение заявления больницы о санкционировании заключения вместо пяти дней, установленных законом.[29] В деле Tkacik v. Slovakia Суд усмотрел нарушение закона, устанавливавшего несколько процессуальных требований и гарантий, целью которых было защитить граждан от произвольного заключения.[30]

Судебный контроль за заключением под стражу душевнобольных лиц. Пункт 4 ст. 5 Конвенции закрепляет следующее: «Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным».

Прежде чем начать исследование прецедентного права по п. 4 ст. 5 Конвенции, очень важно сказать несколько слов о так называемом «правиле инкорпорации» (incorporation rule),[31] поскольку данный феномен существует в российском законодательстве.

Порядок заключения под стражу в разных странах не одинаков, зависит от процедуры, закрепленной в национальном законодательстве. В некоторых правовых системах процедура заключения под стражу считается юридически завершенной, когда выдан приказ о заключении, подписанный административным органом власти (например, приказ министра внутренних дел в Великобритании).[32] В других странах решение о заключении принимается судом. Примером могут служить такие страны, как Нидерланды[33] и Российская Федерация.[34] В последнем случае судебный контроль уже «инкорпорирован» в решение о принудительной госпитализации, что создает важную особенность: «По делам, где решение о лишении свободы принимается административным органом... п. 4 ст. 5 обязывает Высокие Договаривающиеся Государства предоставлять заключенному лицу право на обращение в суд; но в статье нет ничего, что указывало бы на то, что такое же правило применяется, когда решение о заключении под стражу принимается судом в результате судебного разбирательства. В таком случае судебный контроль, необходимый в соответствии с п. 4 ст. 5, уже имел место при принятии решения о госпитализации».[35]

Правило инкорпорации влечет два правовых последствия. Во-первых, в тех правовых системах, где решение о заключении под стражу принимается судом, душевнобольной не имеет права на повторный судебный контроль за законностью решения о госпитализации, за исключением права на пересмотр во второй судебной инстанции судебного решения о госпитализации. Правило инкорпорации означает также определенное совпадение между гарантиями нормы п. 4 ст. 5 Конвенции, который предписывает осуществление судебного контроля, и правила подп. «е» п. 1 ст. 5, в соответствии с которым «порядок, установленный в законе», в зависимости от правовой системы государства может включать первоначальное решение суда о санкционировании заключения лица под стражу.

Прецедентное право Суда содержит ответы на три основных вопроса, которые встают при квалификации действий по п. 4 ст. 5 Конвенции: 1) что контролировать (предмет контроля); 2) кто и как должен контролировать (субъект и способ контроля) и 3) когда (время контроля).

(1) Предмет контроля. Объем судебного контроля был установлен в деле X v. UK. [36] Пункт 4 ст. 5 Конвенции не предоставляет право судебного контроля такого объема, распространяющегося на все аспекты дела, включая вопросы исключительной безотлагательности отправления правосудия, что подменяло бы право усмотрения самого органа, принимающего решение. Объем контроля должен быть достаточен для оценки соблюдения тех гарантий, которые являются существенными для установления законности в соответствии с п. 1 ст. 5 Конвенции.[37] Что касается дел о заключении душевнобольных, то «суд, осуществляющий контроль, должен проверить законность заключения под стражу на соответствие критериям, установленным в деле Winterwerp».[38] Поэтому должна существовать возможность оспорить заключение по процессуальным и материальным основаниям.

В чрезвычайных условиях, когда принудительная госпитализация допускается до получения заключения медицинской экспертизы, объем судебного контроля будет значительно сужен в связи с тем, что лицо, ответственное за принудительную госпитализацию, должно обладать более широким правом усмотрения. [39]

(2) Субъект и способ контроля. Здесь прецедентное право дает нам интерпретацию значения понятия «суд». Существует несколько признаков органа, который может быть признан судебным:

1) в деле X. v. UK закреплено, что в п. 4 ст. 5 Конвенции слово «суд» не должно в обязательном порядке пониматься как судебный орган в его классическом значении, закрепленном в судебной системе страны;[40]

2) «суд» должен обладать полномочиями (а не правом давать исключительно рекомендации) на принятие решения относительно:

а) законности принудительной госпитализации;

b) освобождения душевнобольного, если его заключение является незаконным; [41]

3) орган может считаться судебным только в том случае, если он обладает общими фундаментальными характеристиками судебного органа:

a) независимость от исполнительной власти, а также от сторон процесса;

b) гарантии судебного порядка разрешения спора, соответствующие виду лишения свободы в конкретном случае.[42]

В прецедентном праве Европейского суда установлено несколько правил относительно гарантий судопроизводства:

1) судопроизводство в соответствии с п. 4 ст. 5 не обязательно должно обладать теми же признаками и предоставлять те же процессуальные гарантии, которые предусмотрены п. 1 ст. 6 Конвенции для уголовных или гражданских дел;[43] «оно должно обладать судебными характеристиками и предоставлять гарантии, соответствующие виду лишения свободы в конкретном случае»;[44]

2) право по собственной инициативе возбудить дело об оспаривании принудительной госпитализации является главной гарантией п. 4 ст. 5 Конвенции; [45] закрепленное только за лечебным учреждением или органом государственной власти право на обращение в суд не является достаточным для соблюдения гарантий судебного контроля; [46]

3) судопроизводство должно обладать состязательным характером, поэтому должен соблюдаться принцип равенства сторон.[47]

Последний принцип требует соблюдения нескольких гарантий. Прежде всего, должно проводиться судебное заседание. Заявитель имеет право участия в судебном заседании,[48] следовательно, должен быть надлежаще извещен о предстоящем слушании. В такого рода делах равенство сторон может быть гарантировано при условии проведения публичного слушания при участии заявителя лично или через представителя. В соответствии с принципом, изложенным в деле Wintererp, «специальные процессуальные гарантии могут быть предоставлены с целью защиты интересов лиц, которые в связи с их болезненным состоянием не в полной мере способны выступать в защиту самих себя». [49] Более того, в некоторых случаях с тем, чтобы гарантировать соблюдение принципа равенства сторон, необходимо предоставить заявителю право предстать перед судом одновременно с прокурором, чтобы первый имел возможность возразить на аргументы последнего. [50] Отсутствие возможности представить аргументы устно или письменно, лично или через представителя влечет за собой нарушение п. 4 ст. 5 Конвенции. [51] Право на ознакомление с документами, представленными противной стороной по делу, является гарантией первостепенной важности, поскольку несоблюдение данного требования ведет к невозможности участия в слушаниях, что влечет нарушение п. 4 ст. 5 Конвенции. [52]

(3) Время осуществления судебного контроля. Заявитель имеет право на обращение в суд с заявлением об оспаривании законности принудительной госпитализации во время первоначального заключения под стражу и впоследствии с определенной периодичностью по мере возникновения новых фактов.[53] В судебной практике отсутствуют исчерпывающие критерии оценки длительности судебного разбирательства. Вопрос о своевременности рассмотрения дела решается в каждом конкретном случае в зависимости от обстоятельств дела.[54] Право заявителя на последующий судебный контроль является особенно важным в делах о принудительной госпитализации в связи с тем, что причины, «которые вначале оправдывали принудительное содержание, могут прекратить существование... Следовательно, толкование п. 4 ст. 5 как исключающего возможность проверки законности содержания под стражей только на том основании, что первоначальное решение уже принималось судом, противоречило бы целям и задачам ст. 5». [55] Другими словами, возможное выздоровление пациента предполагает необходимость дополнительной судебной проверки соответствия состояния больного принципам принудительной госпитализации, проводимой и после первоначальной госпитализации.

Объем словосочетания «безотлагательное рассмотрение судом» может быть определен только в свете общих требований к судопроизводству. В объем данного словосочетания также включают ведение судебного разбирательства без спешки, внимательно и учитывая все возможные детали.[56] В случае отсутствия последних трех моментов можно констатировать нарушение п. 4 ст. 5 Конвенции в связи с несоблюдением требований, предъявляемых к судопроизводству.

3. Принудительная госпитализация душевнобольных лиц в правовой системе Российской Федерации

Законодательство. Рассмотрев принципы принудительной госпитализации, закрепленные в Конвенции, перейдем к анализу соответствующего законодательства и практики, существующей в российской правовой системе. Порядок осуществления принудительной госпитализации закреплен в Федеральном законе «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (далее — Закон).[57]

Необходимо отметить, что Закон устанавливает материальные и процессуальные критерии законности принудительной госпитализации, которые корреспондируют критериям, установленным в Конвенции, точнее в прецедентном праве Европейского суда.[58]

Материальные критерии законности. Часть 4 ст. 23 и ст. 29 Закона устанавливают основания принудительной госпитализации в психиатрическую больницу. Лицо, страдающее психическим расстройством, может быть госпитализировано в психиатрический стационар без его согласия или без согласия его законного представителя до постановления судьи если:

1) есть данные о совершении лицом действий, дающих основания предполагать наличие у него тяжелого психического расстройства;

2) тяжелое психическое расстройство обусловливает непосредственную опасность самого лица или окружающих его лиц, беспомощность (неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности), а также если существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния может наступить в связи с оставлением лица без психиатрической помощи;

3) обследование лица или лечение возможны только в стационарных условиях.

Присутствие второго вида обстоятельств свидетельствует о наличии чрезвычайной ситуации, которая допускает госпитализацию до получения результатов медицинской экспертизы и решения суда. Таким образом, в соответствии с Законом чрезвычайные обстоятельства есть всегда, когда имеются данные о тяжелом психическом состоянии, что в свою очередь соответствует второму критерию теста, установленного в деле Winterwerp, ― психические отклонения должны быть такого характера и такой степени, которые оправдывают принудительное заключение под стражу. [59] Официальная медицинская экспертиза по установлению существования психиатрического расстройства и последующее судебное рассмотрение вопроса о законности госпитализации должны быть проведены непосредственно после госпитализации. Характер судебного контроля будет проанализирован ниже.

Закон в части закрепления материальных критериев принудительной госпитализации не противоречит правоположениям, закрепленным в судебной практике Европейского суда, в частности, положениям дела Winterwerp. [60] Более того, что касается вопроса о достаточной ясности формулировок Закона, закрепляющих основания принудительной госпитализации,[61] то данный вопрос был предметом рассмотрения по делу Rakevich v. Russia.[62] Суд не согласился с доводом заявительницы о том, что «Закон “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”, в частности, его положения о недобровольной госпитализации, не отвечают требованиям правовой определенности, вытекающим из Конвенции».[63]

Процессуальные критерии законности. Закон установил несколько процессуальных действий, которые должны совершать медицинский персонал и суд (ст. 32–35 Закона) непосредственно после госпитализации:

a) лицо, помещенное в психиатрический стационар, подлежит обязательному освидетельствованию в течение 48 часов комиссией врачей- психиатров психиатрического учреждения, которая принимает решение об обоснованности госпитализации;

b) заключение комиссии врачей-психиатров в течение 24 часов направляется в суд по месту нахождения психиатрического учреждения;

c) принимая заявление, судья одновременно дает санкцию на пребывание лица в психиатрическом стационаре на срок, необходимый для рассмотрения заявления в суде;

d) заявление о госпитализации лица в психиатрический стационар в недобровольном порядке судья рассматривает в течение пяти дней с момента его принятия.

Как следует из данной нормы, в Российской Федерации решение суда является юридически обязательным для осуществления принудительной госпитализации. Закон закрепляет «правило инкорпорации», согласно которому решение суда является составной частью процессуального порядка принудительной госпитализации. Это означает, что норма п. 4 ст. 5 Конвенции становится частично «невостребованной»,[64] так как «порядок, установленный в законе», которым обязано руководствоваться любое лицо, осуществляющее заключение под стражу согласно подп. «е» п. 1 ст. 5, уже включает в себя вмешательство суда. Поэтому госпитализированное лицо не может требовать предоставления ему права дополнительного судебного контроля, за исключением пересмотра решения суда, санкционирующего госпитализацию, в суде второй инстанции либо последующей проверки законности продолжительной госпитализации. При этом требования, предъявляемые к осуществлению судебного контроля, выработанные судебной практикой по п. 4 ст. 5 Конвенции, также применяются при осуществлении судебного санкционирования госпитализации.

Статьи 33–35 Закона устанавливают процессуальные правила рассмотрения судом заявления о проведении принудительной госпитализации. Процедура содержит в себе все гарантии для сторон гражданского процесса, так как ст. 35 Закона содержит ссылку на ГПК РФ. Судебное решение является юридически обязательным основанием для проведения (продления) или отказа в проведении (продлении) принудительной госпитализации (п. 1 ст. 35 Закона).

Лицо, помещенное в психиатрический стационар в недобровольном порядке, в течение первых шести месяцев не реже одного раза в месяц подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров психиатрического учреждения для решения вопроса о продлении госпитализации. И только по истечении шести месяцев с момента помещения лица в психиатрический стационар заключение комиссии направляется в суд для решения вопроса о продлении принудительной госпитализации. При продлении госпитализации свыше шести месяцев освидетельствования комиссией врачей-психиатров проводятся не реже одного раза в шесть месяцев. В дальнейшем решение о продлении госпитализации принимается судом ежегодно (ст. 36 Закона).

Статьей 34 Закона и гл. 35 ГПК РФ пациенту, в дополнение к общим процессуальным правам, предоставляются дополнительные процессуальные гарантии права на справедливое судебное разбирательство (такие как обязательное участие прокурора, представителя психиатрического учреждения, ходатайствующего о госпитализации, и представителя лица, в отношении которого решается вопрос о госпитализации). В целом относительно процессуальных правил проведения судебной проверки можно заключить, что Закон соответствует требованиям, предъявляемым процессуальным правом Европейского суда, за исключением двух моментов.

В соответствии со ч. 2 ст. 33 Закона заявителем о проверке законности принудительной госпитализации является только администрация психиатрического стационара. Действительно, в соответствии с ч. 1 ст. 47 Закона госпитализированное лицо вправе обжаловать в суд действия медицинских работников, иных специалистов, работников социального обеспечения и образования, врачебных комиссий, ущемляющие права и законные интересы госпитализированного лица при оказании ему психиатрической помощи. Но данных гарантий недостаточно. При таких процессуальных правилах госпитализированное лицо является пассивным подзащитным без права оспаривания законности принудительной госпитализации. Непредоставление Законом госпитализированному лицу права на судебное оспаривание законности госпитализации нарушает п. 4 ст. 5 Конвенции. Гражданам, госпитализированным принудительно, должно быть предоставлено право самостоятельно оспорить законность госпитализации, независимо от действий администрации психиатрического стационара. Отсутствие данного права в российском законодательстве уже стало предметом проверки в Европейском суде по делу Rakevich v. Russia и было признано противоречащим п. 4 ст. 5 Конвенции.[65] К сожалению, за исключением выплаты компенсации заявителю, спустя более чем два года после вступления решения Суда в силу Российская Федерация не предприняла «действенных мер для предотвращения новых нарушений Конвенции, подобных нарушениям, выявленным решениями Суда».[66] Иными словами, Российская Федерация не исполнила решение по делу Rakevich v. Russia в части приведения Закона в соответствие с европейскими стандартами права на свободу и личную неприкосновенность.

Второй спорный момент состоит в том, что Закон не предоставляет «эффективную» судебную защиту от незаконной госпитализации. Как уже говорилось выше, в соответствии с российским законодательством дела о принудительной госпитализации рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства. Следовательно, обязанность доказывания незаконности принудительной госпитализации лежит на госпитализированном лице. Оно должно доказать суду факт отсутствия достаточных оснований для принудительной госпитализации. Конституционный Суд РФ установил, что дела по заявлениям граждан об оспаривании незаконных административных действий органов публичной власти и их должностных лиц должны рассматриваться в порядке административного судопроизводства.[67] Данное Постановление называет общие правила осуществления административного судопроизводства и подчеркивает, что существующие в п. 3 ст. 118 Конституции РФ различия между гражданским, административным и уголовным судопроизводством, «обусловливаемые характером рассматриваемых дел и, следовательно, природой и значимостью применяемых санкций, имеют неодинаковые правовые последствия, в том числе связанные с порядком обжалования судебных постановлений» (п. 3 мотивировочной части Постановления).

Правовая позиция, изложенная Конституционным Судом РФ, является очень важной для предоставления адекватных гарантий права на свободу и личную неприкосновенность душевнобольных, так как граждане обладают значительно меньшим объемом прав при осуществлении гражданского судопроизводства, чем при осуществлении административного судопроизводства. В административных делах существует «презумпция вины», и юридическая обязанность доказывания обратного лежит на органе публичной власти. Правила административного судопроизводства, которые еще должны быть закреплены в российском праве, предоставляют гражданину дополнительные процессуальные гарантии, тем самым устанавливая баланс правового положения гражданина и властного органа. Гражданское процессуальное право таких гарантий не предоставляет. Таким образом, дела о проверке законности принудительной госпитализации (такие как дело, ставшее основой для решения Rakevich v. Russia) должны рассматриваться в порядке административного судопроизводства.

Дела об оспаривании законности принудительной госпитализации по своему характеру являются административными, так как администрация психиатрического стационара, госпитализируя лицо, выполняет публичную функцию по защите общественных интересов или интересов госпитализируемого лица. В деле Rakevich одним из аргументов заявителя являлось то, что, разрешая дела о законности принудительной госпитализации в соответствии с гражданским процессуальным правом, Российская Федерация не предоставила заявителю судебную защиту, адекватную нарушенному праву, что является нарушением п. 4 ст. 5 Конвенции. Европейский суд установил принцип, согласно которому права, предоставленные Конвенцией, должны быть эффективными и исполнимыми, а не символическими. [68] Тем не менее в деле Rakevich Суд уклонился от рассмотрения данного вопроса, указав на отсутствие необходимости рассматривать проблему о соответствии Конвенции процессуальных правил осуществления судебного контроля, поскольку в деле уже было установлено несоответствие правил судопроизводства основным требованиям п. 1 и 4 ст. 5 Конвенции (право инициировать проведение судебного контроля и длительность судебного разбирательства).[69]

Разрешение существующего несоответствия российского законодательства европейским стандартам требует внесения изменения в соответствующие законы, принятия закона об административном судопроизводстве. Госпитализированное лицо должно получить право на оспаривание решения о проведении принудительной госпитализации в соответствии с правилами административного судопроизводства.

Практика. Вопрос соответствия европейским стандартам принудительной госпитализации в Российской Федерации в большей степени возникает при рассмотрении практики применения Закона. Данная практика является примером грубейшего нарушения прав человека в Российской Федерации. Отметим, что именно вопросу прав психически больных лиц был посвящен первый специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации О. О. Миронова.[70] Кроме того, с момента ратификации Российской Федерацией Европейской конвенции можно отметить два других важных мероприятия по оценке соответствия Закона Конвенции: это правозащитное мониторинговое исследование психиатрических стационаров страны, проведенное в мае-июне 2003 г. Московской Хельсинкской группой, Независимой психиатрической ассоциацией и сетью региональных правозащитных организаций,[71] а также дело Rakevich v. Russia. Обстоятельства дела Rakevich являются настолько типичными для Российской Федерации,[72] что факты, описанные в деле, нашли свое отражение в отчете Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.

Три этих главных события — специальный доклад Уполномоченного, мониторинг и дело Rakevich v. Russia — являются доказательствами, демонстрирующими нарушения прав психически больных и даже здоровых лиц.

Начнем со специального доклада Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. Все случаи нарушения прав психически больных лиц, указанные в нем, могут быть классифицированы в соответствии с требованиями подп. «е» п. 1 ст. 5 Конвенции следующим образом: 1) лицо должно быть объективно признано душевнобольным; 2) психическое расстройство должно быть такого характера и такой степени, которые оправдывают принудительную госпитализацию; 3) лицо должно содержаться в больнице, стационаре или ином учреждении, предназначенном для этой цели; 4) лицо должно быть подвергнуто госпитализации «в порядке, установленном в законе».

1) Лицо должно быть объективно признано душевнобольным. В соответствии с ч. 4 ст. 23 и ст. 29 Закона решение о проведении принудительной госпитализации и последующего обследования должно быть основано на данных о совершении лицом действий, дающих основания предполагать наличие у него тяжелого психического расстройства, обусловливающего существование обстоятельств, перечисленных в п. «a», «б» и «в» ст. 29: а) непосредственная опасность для самого душевнобольного лица, или окружающих его лиц; б) беспомощность душевнобольного лица (неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности); в) существенный вред здоровью душевнобольного лица вследствие ухудшения психического состояния.

Часто словосочетания «объективно признано», «основание полагать» интерпретируются настолько широко, что решения о госпитализации принимаются на основании информации, полученной по телефону или письме, без осмотра лица, не говоря уже о его освидетельствовании комиссией. В специальном докладе приводится пример, где сотрудник милиции с помощью своих коллег, выбив дверь соседа и надев на него наручники, доставил его к врачу психиатрической клиники на том лишь основании, что у них сложились неприязненные отношения. Врач, не проверив все имеющиеся факты, поставил диагноз шизофрения.[73]

В данном случае тот факт, что лицо было освидетельствовано не комиссией врачей, а одним доктором, противоречит положению, закрепленному в решении по делу Winterwerp, о том, что лицо должно быть объективно признано душевнобольным. [74] Часть 1 ст. 32 Закона четко устанавливает, что госпитализированное лицо подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров психиатрического учреждения. Иначе заключение экспертизы не будет обладать юридической силой, не может быть признано имеющим объективный характер и не может служить основанием принудительной госпитализации.

2) Психическое расстройство должно быть такого характера и такой степени, которые оправдывают принудительную госпитализацию. Необходимо, чтобы степень психического расстройства оправдывала заключение под стражу. Именно суд обязан установить высокую степень психического расстройства, оценив заключение комиссии врачей-психиатров с учетом фактических обстоятельств дела. Однако на практике это происходит редко. Президент Независимой психиатрической ассоциации России Ю. С. Савенко описал сложившуюся ситуацию следующим образом: «Суды не исследуют все детали каждого дела о принудительной госпитализации. Вместо этого, они основывают свои решения исключительно на заключениях комиссий врачей-психиатров, являющихся стороной процесса. На практике, большинство судей отказывают исследовать все детали дела. “Мы не понимаем этого; мы будем доверять докторам”, — так звучит их оправдание».[75]

Представляется, что именно в связи с этим судьи, как правило, не вызывают свидетелей на стороне госпитализированного и «рутинно выносят решения в отсутствие представителя госпитализированного или даже иногда в отсутствие самого госпитализированного».[76] В нарушение нормы ч. 3 ст. 34 Закона, устанавливающей обязательное участие сторон процесса, практика вынесения заочных решений приобрела регулярный характер во многих регионах Российской Федерации.[77] В результате суд не устанавливает ни материальной, ни процессуальной законности принудительной госпитализации. Это в свою очередь заставляет говорить о проблемах доступности судебного контроля в соответствии с п. 4 ст. 5 Конвенции, что будет проанализировано отдельно.

3) Лицо должно содержаться в больнице, стационаре или ином учреждении, предназначенном для этой цели. Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации в специальном докладе, сославшись на источники из Министерства юстиции РФ, приводит примеры содержания душевнобольных в учреждениях, не предназначенных для лечения душевнобольных лиц. В соответствии с нормами уголовно-процессуального права лицо, совершившее преступление и впоследствии признанное страдающим от психического расстройства, по постановлению суда должно быть помещено в психиатрическую больницу. В действительности же эти лица остаются в местах предварительного заключения на долгое время после вынесения постановления суда. По официальной информации Министерства юстиции РФ в июне 1999 г. число таких заключенных достигало 600 человек. Большинство из них являются лицами без гражданства и лицами без определенного места жительства, не имеющими паспорта или иного документа его заменяющего. Отсутствие документов не позволяет помещать их в больницу. Вместе с тем они не могут быть освобождены, поскольку, несмотря на то что они не были приговорены судом к лишению свободы, они обязаны пройти обязательное принудительное лечение. Другой причиной существования такой ситуации было названо отсутствие бюджетного финансирования.[78] Тем не менее данные факты влекут нарушение подп. «е» п. 1 ст. 5 Конвенции, так как обязанность обеспечить подобных людей местом в психиатрической больнице лежит на государстве. [79]

4) Лицо должно быть подвергнуто госпитализации «в порядке, установленном в законе». Как было указано выше, процедура принудительной госпитализации («порядок, установленный в законе») включает в себя судебную проверку обоснованности решения о госпитализации. Поэтому вопрос соблюдения порядка, установленного в российском законодательстве, будет рассматриваться вместе с вопросом осуществления судебного контроля.

Существуют примеры отсутствия освидетельствования лица, помещенного в психиатрическую больницу. Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации, ссылаясь на Генеральную прокуратуру РФ, доложил о случаях, когда врачи, вместо проведения освидетельствования в течение 48 часов, непосредственно обращались в суд для получения решения о дальнейшем содержании лица в психиатрической больнице.(повтор, см. выше!)

Проведение освидетельствования одним врачом является очередным примером нарушения порядка осуществления принудительной госпитализации. Проведение освидетельствования без участия комиссии влечет ничтожность заключения, в связи с чем оно не может быть положено в основу решения суда о санкционировании госпитализации. Более того, в некоторых случаях заключение, принятое комиссией, в нарушение Закона не направляется в суд в течение 24 часов.[80]

Еще одна проблема касается сложившейся практики неприобщения медицинских документов, содержащих результаты освидетельствования, к материалам судебного дела. Неудивительно, что правозащитники, проводившие мониторинг психиатрических больниц, установили, что «все медицинские документы хранятся в тайне от пациентов по крайней мере в 70 % всех психиатрических больниц, история болезни становится доступной пациенту только по запросу суда, прокуратуры или ассоциации медицинских работников».[81]

Более того, недобровольно госпитализированным не предоставляются копии судебных решений по их делам, в связи с чем они не имеют возможности обратиться в суд кассационной инстанции. Например, в деле Rakevich v. Russia заявитель был лишен возможности подать подробную кассационную жалобу на решение о принудительной госпитализации, поскольку ей не было выдано ни окончательное судебное решение, ни какие-либо иные документы по делу.[82] Поэтому не кажется странным, что «только 1–2 % всех дел когда-либо были отменены в кассационном порядке».[83]

Особое внимание должно быть уделено «безотлагательности» рассмотрения судом правомерности заключения, так как Европейский суд в деле против России уже выявил нарушение подп. «е» п. 1 ст. 5 Конвенции из-за чрезмерной продолжительности судопроизводства. Судебное решение о принудительной госпитализации заявителя было вынесено спустя 39 дней с момента госпитализации, вместо 5 дней, установленных в законе.[84] Имеются основания полагать, что данное нарушение не является единственным. Согласно специальному докладу Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации почти во всех регионах России были установлены нарушения ч. 1 ст. 34 Закона, которая закрепляет, что «заявление о госпитализации лица в психиатрический стационар в недобровольном порядке рассматривается судьей в течение пяти дней с момента его принятия в помещении суда или психиатрическом учреждении». Обычно длительность судебного рассмотрения превышает закрепленный в Законе срок на месяц.[85] Судьи, желая избежать частых посещений больниц, стремятся рассматривать все накопившиеся заявления за один день. Анна Деменева, представитель заявителя по делу Rakevich v. Russia, юрист Уральского центра конституционной и международной защиты прав человека общественного объединения «Сутяжник», приводит пример судьи, которая, находясь в помещении психиатрической больницы, рассмотрела 10 дел в течение 25 минут. При их рассмотрении не присутствовал ни один представитель принудительно госпитализированных.[86]

4. Заключение

Ситуация с правами психически больных в Российской Федерации является примером грубого и систематического нарушения основных прав человека. Все нарушения прав душевнобольных взаимосвязаны, одно может повлечь ряд других. Представляется невозможным устранить данные нарушения по отдельности, поскольку они составляют систему. В их существовании виновны представители не только судебной власти, но и медицинской системы. Некоторые нарушения, рассматриваемые в настоящей статье, уже стали предметом внимания Европейского суда, а также международного сообщества.[87] Тем не менее не все вопросы, представленные Суду, были им рассмотрены и разрешены. Некоторые из них вообще не стали предметом рассмотрения европейского правосудия. Несмотря на это, можно отметить позитивное направление разрешения проблемы законности принудительной госпитализации душевнобольных в Российской Федерации, связанное со специальным докладом Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, делом Rakevich v. Russia и мониторингом психиатрических больниц, что можно назвать комплексным подходом к решению проблемы с применением юридических и неюридических методов. Было отмечено, что «спустя четыре года (с 1999 г. после Доклада Уполномоченного по правам человека и дела Rakevich v. Russia. — А. Б.) ситуация улучшилась в некоторых регионах России, включая Москву. Но правозащитники, проводившие мониторинг психиатрических больниц в июне 2003 г., установили, что есть еще регионы, где суды нарушают судебные сроки рассмотрения дел о принудительной госпитализации и где судебные слушания проводятся в нарушение закона».[88]

Несмотря на отмечаемые улучшения в сфере практики применения законодательства о правах и гарантиях душевнобольных, не исчезают угрозы изменения законодательства в сторону их существенного ограничения, в том числе при применении судебных процедур.[89] Практика показывает, что только комплексная, совместная работа по выявлению, защите и лоббированию прав душевнобольных, по применению судебных и несудебных средств защиты может привести к положительным сдвигам в области соблюдения прав душевнобольных и приведения российского законодательства и практики в соответствие со стандартами Европейской конвенции.


* Кандидат юридических наук, докторант Кембриджского университета (Великобритания), юрист Уральского центра конституционной и международной защиты прав человека общественного объединения «Сутяжник» (Россия).

Автор благодарен профессору Франсуас Хампсон и профессору Кевину Бойлу за оказанную помощь и ценные комментарии к работе.

Ссылки на иноязычные источники даются в авторской редакции с некоторыми сокращениями.

© А. Л. Бурков, 2006

[1] Janis M. Russia and the «Legality» of Strasbourg Law // European Journal of International Law. 1997. N 1. P. 93.

[2] Council of Europe, Parliamentary Assembly, Report on the Conformity of the Legal Order of the Russian Federation with Council of Europe Standards Prepared by Rudolf Bernhardt, Stefan Trechsel, Albert Weitzel, and Felix Ermacora, 7 October 1994. 15:7 Human Rights Law Journal (1994) . P. 287 (цит. по: Janis M. Russia and the «Legality» of Strasbourg Law // European Journal of International Law. 1997. N 1. P. 93).
[3] Европейский суд по правам человека и защита свободы слова в России: прецеденты, анализ, рекомендации. Т. 2 / под ред. Г. В. Винокурова, А. Г. Рихтера, В. В. Чернышова. М., 2004. — Текст Записки доступен по: www.s utyajnik.ru) .
[4] Janis M. Russia and the «Legality» of Strasbourg Law // European Journal of International Law. 1997. N 1. P. 98.
[5] Сразу необходимо оговориться относительно применяемой терминологии. Как синонимы используются словосочетания «заключение под стражу» (подп. «е» п. 1 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод), «принудительная госпитализация» (гл. 35 ГПК РФ) и «госпитализация в недобровольном порядке» (Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. 20 авг. 33. Ст. 1913).
[6] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 39. — См. переводы на русский язык основных решений Европейского суда по правам человека против России на обучающем портале «Изучаем Европейскую конвенцию» (www.sutyajnik.ru/rus/echr/school ).
[7] Там же.
[8] Там же.
[9] Там же.
[10] Решение по делу Johnson v. UK от 24 октября 1997 г. // Reports 1997- VII. § 60.
[11] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 37.
[12] Там же.
[13] Решение по делу Rakevich v. Russia от 28 октября 2003 г. § 29.
[14] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 39.
[15] Там же. § 42.
[16] Там же. § 39.
[17] Ovey C., White R. The European Convention on Human Rights. Oxford, 2002. P. 125. — Это заключение может быть сделано исходя из мотивировочной части решения по делу Varbanov v. Bulgaria от 5 октября 2000 г. (Reports of Judgments and Decisions 2000-X. § 48).
[18] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 40.
[19] Решение по делу Litwa v. Poland от 4 марта 2000 г. // Reports of Judgments and Decisions 2000-III. § 78.
[20] Решение по делу Varbanov v. Bulgaria, от 5 октября 2000 г. // Reports of Judgments and Decisions 2000-X. § 46.
[21] Решение по делу Johnson v. UK. § 61.
[22] Там же. § 63.
[23] Там же. § 66.
[24] Winterwerp v. Netherlands. § 39.
[25] Там же. § 51.
[26] Решение по делу Ashingdane v. UK. § 44; Решение по делу Aerts v. Belgium от 30 июля 1998 г. // Reports 1998- V. § 46.
[27] Решение по делу Sunday Times v. UK от 26 марта 1979 г. // Series A. № 30.§ 49.
[28] Решение по делу Varbanov v. Bulgaria. § 15, 50– 53; Решение по делу Kepenerov v. Bulgaria от 31 июля 2003 г. § 33.
[29] Решение по делу Rakevich v. Russia. § 35.
[30] Решение по делу Tkacik v. Slovakia от 14 октября 2003 г. § 34.
[31] Harris D. J., O’Boyle M., Warbrick C. Law of the European Convention on Human Rights. London; Dublin; Edinburgh, 1995. P. 151.
[32] Решение по делу Ashingdane v. UK. § 13, 26–29; Решение по делу X v. UK от 5 ноября 1981 г. // Series A. № 46. § 13–14.
[33] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 13.
[34] Решение по делу Rakevich v. Russia. § 15.
[35] Решение по делу от 18 ноября 1970 г. // Series A. № 12. § 76.
[36] Решение по делу X v. UK.
[37] Там же. § 58; Решение по делу E v. Norway от 29 августа 1990 г. // Series A. № 181-A. § 50.
[38] Ovey C., White R. The European Convention on Human Rights. P. 133..
[39] Решение по делу X v. UK. § 58.
[40] Там же. § 53; Решение по делу Weeks v. UK от 2 марта 1987 г. // Series A. № 114. § 61.
[41] Решение по делу Weeks v. UK. § 61.
[42] Там же.

[43] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 60; Решение по делу Megyeri v. Germany от 12 мая 1992 г. // Series A. № 237-A. § 22.

[44] Решение по делу Niedbala v. Poland от 4 июля 2000 г. § 66.

[45] Решение по делу Weeks v. UK. § 65; Решение по делу Musial v. Poland от 25 марта 1999 г. // Reports of Judgments and Decisions 1999-II. § 43.
[46] Решение по делу Rakevich v Russia. § 43.
[47] Решение по делу Nikolova v. Bulgaria от 25 марта 1999 г. // Reports of Judgments and Decisions 1999-II. § 59; Решение по делу Niedbala v. Poland. § 66.
[48] Примером может служить дело Van der Leer v. Netherlands.
[49] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 60.
[50] Решение по делу Kampanis v. Greece от 13 июля 1995 г. // Series A. № 318-B. § 58.
[51] Решение по делу Sanchez-Reisse v. Switzerland от 21 октября 1986 г. // Series A. № 107. § 51.

[52] Решение по делу Weeks v. UK. § 66.

[53] Решение по делу Varbanov v. Bulgaria. § 43–53; решение по делу Hutchison Reid v. UK от 20 февраля 2003 г. § 65.

[54] Решение по делу Sanchez-Reisse v. Switzerland. § 55; Hutchison Reid v. UK. § 65.
[55] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 55.
[56] Ovey C., White R. The European Convention on Human Rights. P. 135.
[57] Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. 20 авг. № 33. Ст. 1913.
[58] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 39.
[59] Там же.
[60] Там же.
[61] Решение по делу Sunday Times v. UK. § 49.
[62] Решение по делу Rakevich v. Russia.
[63] Там же. § 31.
[64] Harris, O’Boyle, Warbrick. Law of the European Convention on Human Rights. P. 151; Решение по делу De Wilde, Ooms and Versyp v. Belgium. § 76.
[65] Решение по делу Rakevich v. Russia. § 46.
[66] Статья 46 Конвенции, а также Правила применения п. 2 ст. 46 Европейской конвенции о правах человека (приняты Комитетом министров Совета Европы 10 января 2001 г. на 736 заседании заместителей министров www.sutyajnik.ru).

[67]] Постановление Конституционного Суда РФ от 28 мая 1999 г. № 9-П «По делу о проверке конституционности части второй статьи 266 и пункта 3 части первой статьи 267 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях в связи с жалобами граждан Е. А. Арбузовой, О. Б. Колегова, А. Д. Кутырева, Р. Т. Насибулина и В. И. Ткачука» // СЗ РФ. 1999. № 23. Ст. 2890.

[68] Решение по делу Airey v. Ireland от 9 октября 1979 г. // Series A. № 32. § 24.

[69] Решение по делу Rakevich v. Russia. § 47.

[70] Миронов О. О. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации «О соблюдении прав граждан, страдающих психическими расстройствам». Москва. 16 июня 1999 г. http://ombudsman.gov.ru

[71] Права человека и психиатрия в Российской Федерации. Доклад по результатам мониторинга и темат. ст. / отв. ред. А. Новикова. М., 2004. С. 166 (доступно по: http://www.mhg.ru

[72] Savenko U. Rakevich vs. Russia. A landmark case in the European Court of Human Rights has exposed the deep flaws in Russia’s psychiatric system, says the head of Russia’s Association of Independent Psychiatry. Worse may be to come. P http://www.soros.org).

[73] Миронов О. О. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека...
[74] Решение по делу Winterwerp v. Netherlands. § 39.
[75] Savenko U. Rakevich vs. Russia.
[76] Ibid. P. 2.
[77] Миронов О. О. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека...
[78] Там же.
[79] Решение по делу Johnson v. UK. § 66.
[80] Миронов О. О. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека...
[81] Savenko U. Rakevich vs. Russia.
[82] Решение по делу Rakevich v. Russia. § 16–17.
[83] Savenko U. Rakevich vs. Russia. P. 2.
[84] Решение по делу Rakevich v. Russia. § 35, 47.
[85] Миронов О. О. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека...
[86] Деменева А. В. Психиатры не злодеи, но даже смирительная рубашка не должна лишать человека его прав // Юридический вестник. 2002. Сентябрь http://www.sutyajnik.ru).
[87]] После публичного слушания дела Rakevich, состоявшегося 17 июня 2003 г., проблема стала предметом журналистского расследования BBC, основанного на интервью с российскими докторами: Russias Mental Health Revolution. Doctors in Russia are Spearheading a Revolution in the Way Patients with Mental Illnesses are Treated // http://news.bbc.co.uk.
[88] Savenko U. Rakevich vs. Russia. P. 2.
[89] Савенко Ю. С. Тенденции в отношении к правам человека в области психического здоровья // Права человека и психиатрия в Российской Федерации: Доклад по результатам мониторинга и темат. ст. / отв. ред. А. Новикова. М., 2004. С. 166 (доступно по: http://www.mhg.ru).

Если вы хотите поддержать нашу деятельность, то введите в поле ниже сумму в рублях, которую вы готовы пожертвовать и кликните кнопку рядом:

рублей.      


Поделиться в социальных сетях:

  Diaspora*

Комментарии:

1. Anonymous - 04.09.2011 20:37:02

Гуторов Олег Иванович, 1929г.

С.Петербург, 197372, ул. Ильюшина, дом 1, к. 2,

кв. 108, тел. (812) 349-19-53, 8-911-749-72-46.

паспорт серия 4003 № 793329, выдан № 53 о/м спб выдан 15.03.2003

15 сентября 1954 года, участник Тоцких военных учений сброса атомной бомбы. Была взята подписка о неразглашении сведений в течение 25 лет (т.е. до 1979г.). Награжден орденом «Мужество».

Полученная доза радиации стала оказывать на Гутерова О.И. особенно сильное действие через 3-4 года. Через 1,5- 2 часа после того, как я ложился спать, начиналась сильнейшая рвота, а затем из трахеи начинала выделяться вязкая прозрачная слизь. Дышать становилось трудно. Иногда терял сознание. Часто вызывалась скорая помощь. После рвоты, чтобы быстрее заснуть, вынужден был принимать снотворные, так как утром нужно было идти на работу.

19.09.1966 года Гутеров О.И. был направлен с запиской от заведующая терапевтическим отделением поликлиники №37 г.Ленинграда следующего содержания:

« Главному врачу ПНД Фрунзенского района. Гуторов Олег Иванович, проживающий по адресу: ул. Роменская, дом 13, кв. 14, несколько лет страдает нарушением сна. Элениум и реланиум на него не действуют. Прошу Вас выдать ему справку для предоставления в поликлинику с указанием снотворных, которые ему можно выписывать.» - я прибыл к главному врачу ПНД Костриной Т.А.

В ПНД Гутерова О.И. поставили на учёт(диагноз: психопатия со сверх ценными идеями), и обязали ежеквартально приходить к ним на приём.

30 Января 1987 года Гуторов О.И., образование высшее, кандидат технических наук, имеющий государственные награды в сфере изобретательства, работающий в госучреждении был незаконно задержан милиционером и в результате его преступного сговора с сотрудником скорой помощи насильственно отвезен в психиатрическую больницу святого. Николая Чудотворца, где был произвольно подвергнут заключению на длительный срок.

В этом заведении он насильно подвергся унижающим мое человеческое достоинство обращению, его здоровью, дальнейшей карьере был нанесен непоправимый вред. Он был подвергнут изощренным пыткам и издевательствам - электрошоку, насильственному скармливанию и инъекциям сильнодействующих химических препаратов.

Все его попытки доказать схватившим его изуверам в белых халатах, что "лечение" меня - заслуженного изобретателя, сотрудника известного предприятия, руководящего коллективом специалистов, занимающимся научно-техническими разработками, - это недоразумение, которое легко проверить запросом справок на предприятия, где он работает, и работал раньше, запросом в высших органах государства, признавшего его заслуги перед страной, все эти попытки злостно отвергались.

Злоупотребления психиатров в отношении его отразились и в отзыве ПБ-2 на иск(дело № 2-6895/07 Октябрьского суда СПб) - «Продолжительность лечения в психиатрической больницы зависела только от психиатора» Таким образом: лечение – зависело от психиатора, а не от течения самой болезни!!!

Продукты творческой деятельности являются продуктами интелектуальной собственности. Интелектуальная деятельность относится к разряду интелектуальной собственности.

Излечивая изобретателя от изобретательства, психиатры лишают его права на интелектуальную собственность и того, что с ней связано. ЧТО САМО ПО СЕБЕ ПРОТИВОЗАКОННО ПО СУТИ, поскольку права человека могут быть ограничены только конституционно и законодательно. И медицинские учреждения не наделены правом распоряжаться чужой интелектуальной собственности.

Гутеров изначально есть выдающаяся личность. Его профессиональная, изобретательская деятельность, его изобретения признаны государством. Психиатрическая больница по собственной инициативе насильственным образом без согласования с государством, оценившим (наградами) его выдающиеся за-услуги, подвергла его принудительному лечению в стационаре от «бреда изобретательства» (антигосударственная деятельность психиатров). Медицинское учреждение- психиатрическая больница должна подчиняться государству , высоко оценившему заслуги Гутерова О.И. в науке и производстве. Специалисты психиатрической клиники необоснованно присвоили себе право оценивать экономический эффект от внедрений Гутерова О.И. , его профессиональную деятельность, его творческий потенциал не имея для этого научно технической подготовки в специализированном высшем учебном заведении. По сути ПБ-2 противопоставила себя государству вопреки собственному уставу, полномочиям, а так же действующему законодательству. В результате преступного самоуправства, Гутеров О.И. был лишен возможности реализации на благ государства своих профессиональных способностей, по завершению лечения(справка об инвалидности подразумевает работу в должности настройщика радиоаппаратуры).Истец полагает, что диагноз был лишь оправданием для помещения в психбольницу для достижения решения каких то, не связанных с здоровьем, корыстных целей мелких, возможно мстительного характера.

Нематериальные блага, к которым относятся особенно полезные для общества способности человека неотделимы от личности, и соответственно, они не должны отчуждаться от своих носителей. Носителями нематериальных благ выступают все граждане независимо от возраста и состояния дееспособности. Государственные служащие обязаны осуществлять их защиту , а не злоупотреблять своими правами и обязанностями для преступного воспрепятствования им в доступе, в том числе, и к правосудию - пользоваться предлогами для закрытия дела, фактически,отказывая человеку в рассмотрении по существу и защите его прав и свобод.

Индивидуальная свобода гражданина обеспечивается предоставлением ему ряда личных неимущественных прав, призванных охранять от постороннего вмешательства различные стороны проявления его личности. В том числе свобода творчества гарантированна государством Конституционно и законодательно и ничто не может быть основой ее умаления.

ПСИХИАТРЫ ПО СУТИ НАРУШИЛИ ПРАВО НА ИМЯ, ОЧЕРНИВ И ОПОЗОРИВ ЕГО, СМЕШАВ ЕГО ИМЯ С ГРЯЗЬЮ ПРЕДСТАВИВ ИЗВЕСТНОГО ИЗОБРЕТАТЕЛЯ ПСИХИЧЕСКИ НЕЗДОРОВЫМ ЧЕЛОВЕКОМ В ГЛАЗАХ ОБЩЕСТВЕННОСТИ, УМАЛИЛИ ЕГО ЗАСЛУГИ ПЕРЕД ОБЩЕСТВОМ, фактически, запретив ему профессиональную деятельность, соответствующую его подготовке, опыту, мнению коллег по работе. ЗАВЕРШИЛОСЬ ВСЕ – ВЫДАЧЕЙ Гутерову О.И. СПРАВКИ ОБ ИНВАЛИДНОСТИ С УКАЗАНИЕМ – РАЗРЕШАЕТСЯ РАБОТАТЬ НАСТРОЙЩИКОМ РАДИОАППАРАТУРЫ(Согласно записи в трудовой книжке от 28.10.1987 – принят инженером регулировщиком). По сути психиаторы признали право за ним работать по специальности, но лишили его возможности занимать значимые посты, руководить коллективом, (заниматься изобретательством), преступно ограничив его Конституционные и законодательные права.

В период «лечения» Гутерова О.И. в спорный период времени на его имя в Госреестре было зарегистрировано 2 авторских свидетельства №№ 1308969 от 08.01.87 и 1320783 от 01.03.87.

Гутеров О.И. полагает, что его способность изобретать не могла представлять опасность для общества, что в соответствии с действующими в спорный период времени законами являлось основанием для принудительной госпитализации Истца.ГутеровО.И, был дееспособен, следовательно он волен был сам распоряжаться лечиться ли ему от приписанной ему болезни паранояльное развитие личности в сопутствующем варианте от иного диагноза – «бред изобретательства» или «синдрома сверхценных идей». В чем Гутеров О.И. полагает имеет место сокрытие истинных целей помещения его в психиатрическую больницу. Действия Ответчика фактически были направлены на лишение Истца профессиональной дееспособности. В результате государство потеряло изобретателя.

Гутеров О.И. полагает, что с ним необоснованно вели корректирующие психиатрические беседы, а возможно принудительно заставляли принимать медицинские препараты, применяемые при ином психиатрическом диагнозе, который официально в психиатрической больнице не выставлялся.

Диагноз истца «паранояльное развите личности» выставлен на симптомах «бреда изобретательства» или «синдрома сверхценных идей».

Одним из коронных доказательств психической болезни Гутерова О.И. в ПБ 2 запись от 05.02.1987 г.: «Требует гл. врача. Считает себя психически здоровым человеком, при этом продолжает утверждать, что у него есть изобретения в области электроники, которые дадут государству ежегодную экономию в 50 миллионов рублей. Врача обвиняет в том, что она, по своей некомпетентности, держит его в больнице, тем самым, наносит государству экономический урон. Проведена психотерапевтическая беседа, но больной коррекции не поддаётся».

На протяжении трех месяцев Гутеров О.И. лечился от того, чтобы не изобретать. Можно было бы, согласится с подобным, если бы не факты того, что:

1.- 14.03.1950 Гутерову О.И., курсанту Ленинградского военного училища, выдана авторская справка № 5/4с о ценном рационализаторском предложении, зарегистрированном в делах комиссии по изобретательству № 226 и реализованном.

2.- защитил диплом кандидата технических наук МНТ № 105 849 – 23.04.1975;

3. - 24.06.81 вручен почетный знак «Изобретатель ССР»(извещение о вручении почетного знака «Изобретатель СССР государственного Комитета изобретений при СМ СССР № 60/8-15/630 от 24.06.81);

4. - с 1970 по 1984гг. опубликовал 45 научных работ, из них 25 авторских свидетельств.

5.- Согласно протоколу лабораторных испытаний и техническому акту приема «Устройства автоматической поверки стрелочных приборов». В техническом акте указывается, что, при внедрении этого устройства на Краснодарском ЗЭИП, ежегодный экономический эффект составил в ценах в ценах 1984г. – 330 тыс. руб.

Кроме бреда изобретательства, других психических синдромов у Гутерова О.И. за 4 месяца не обнаружили ни в ПБ-2, ни в ЛИУВЭКе. Гутеров О.И. имеет 30 изобретений, ряд из которых внедрены в промышленность, и давали государству значительный ежегодный экономический эффект. За внедрение своих изобретений награжден медалью «Изобретатель СССР». Через 6 лет после вручения почетного знака «Изобретатель СССР» подвергался принудительному лечению от своих профессиональных способностей и индивидуальных талантов. Гутеров О.И. полагает, что его принудительное лечение в ПБ-2 было связано с приписываемым ему «бредом изобретательства» или «синдромом сверхценных идей».

Склонность человека к тому, чтобы что-либо изобретать не должна подвергаться лечению. Гутеров О.И. усматривает, что подвергался дискриминации и умалению своих прав и личностных особенностей за то, что отличался более выдающимися способностями, чем обычные люди. В результате посягательства на его интелектуальную неприкосновенность,его нематериальные блага; ограничения в праве на творчество, нарушении авторского права, права автора рационализаторского изобретения, право на имя, лишения меня интелектуальной собственности. Наличие психиатрического диагноза не может быть основой для умаления прав и дискриминации личности. Нематериальные блага на которые посягнулипсихиатры неотделимы от личности и имеются с рождения у человека независимо ни от чего.Неясно на каком основании психатры посягали на них и пытались их насильственно отделить от носителя.

Каждый имеет право на свободу, личную неприкосновенность, право на творчество, авторство, имя. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом.

Обобщая записи в медкарте, привожу ниже выдержки:

- продолжает утверждать, что у него есть изобретения в области электроники, которые дадут государству ежегодную экономию. Проведена психотерапевтическая беседа, но больной коррекции не поддаётся.

- ослабление интеллектуальных возможностей, особенно в течение последних полгода.

- В личностном отношении наблюдаются черты конкретности и доминирование аналитической деятельности.

- В беседе выявляется повышенное самомнение, хотя у больного имеется масса изобретений.

- Держится сверхценных идей изобретательства.

- По мнению технического эксперта (ПБ-2) последнее изобретение больного не представляется рентабельным, хотя здравая техническая мысль в нём есть.

- Отсутствует критика к собственным сверхценным идеям изобретательства и реформаторства.

Т.о. имелась подтасовка. Замена определений другими понятиями. Гутеров О.И. не только достиг определенного профессионального уровня, но и в течение ряда лет выполнял работу, определенную грифом «секретно». Можно было бы предположить, что имела место врачебная ошибка; если бы не фактор того, что сей фактор имел место быть. Старший научный сотрудник (должность Гуторова О.И. в НИИ «Электромер») довольно значимая величина, выше есть должность начальника лаборатории и начальника отдела, дирекции и его заместителей в технических структурах технических подразделений.

Гутеров О.И. до помещения в психиатрическю больницу имел известность в технических кругах.

После выписки из психиатрической больницы Гутеров О.И. изобретал, но уже не в тех маштабах, в чем усматривает вину Ответчика. Имеется авторское свидетельство № 1796907 от 08.10.92; патент № 2029310 от 20.02.95.

В 1993г снят с учета в ПНД. Но добится своей реабилитации не удается до сих пор.

Баранов Евгений Иосифович, 1937г.

Паспорт серия 4009 № 315257 ,выдан №73 о/м фрунзенского района СПб,

дата 23.03.2000, т.(812) 701-59-16

Воспитывался в детском доме.

1956г. – окончил кораблестроительный факультет Архангельского морского инженерного училища. Во время стажировки взял списанный раиоприемник. Восстановил его. Через 2 месяца был арестован и приговорен к 10 годам за кражу госимущества.Через год освобожден со снятием судимости.

Устроился бригадиром в СМУ ГУВД Ленинграда. Получил устное распоряжение снять бригаду с объекта и направить на ремонт квартиры одного из начальников ГУВД. Попросил письменное указание. Был переведен в штукатуры. Начал жаловаться. Его отправили в ПБ-7 Москвы, а затем через 2 недели в ПБ-2 Ленинграда. Через 3,5 мес. Предъявил больничные листы в СМУ ГУВД.

Однако, за «тунеядство» был приговорен к 5 годам принудительных работ в Архангельском леспромхозе. Написал открытое письмо к съезду КПСС и вывесил его на досу объявлений. Направлен в тюрьму. Прошел стационарную судебно-психиатрическую экспертизу в НИИ им. П.В. Сербского. Признан вменяемым. Осужден по ст. 70 УК РСФСР «За антисоветскую агитацию» к 5г 3мес. ИТЛСР.

04.02.1972 вернулся в Ленинград. 05.02.72 был поднят с кровати по неизвестной причине и отправлен в ПБ-4. Провел там с небольшими перерывами 24 года.

26.05.1992г. Архангельская областная прокуратура признала Постановление Архангельского областного суда незаконным. Выписана приличная компенсация. Однако, в это время он находился в психиатрической больнице и когда вышел сумма обесценилась.

На учете в ПНД он не состоял и не состоит.

Реабилитироваться не удалось до сих пор.

Буч-Салтыков Сергей Олимпович, 1962г.

Паспорт 4007 441748, выд. ТП № 49 отдела УФМС России по СПб и Ленинградской области в Московском районе СПб, 29.04.2008.

(т: (812) 379-20-56, 8-906-272-78-97)

Закончил первый медицинский институт Ленинграда по специальности андрология. Работал в медицинском центре «Брак и семья».

11.09.96 в Пушкине на него был совершен наезд. В довершении он был избит пассажиром того автомобиля. Водитель скрылся. Обратился в травмпункт и милицию. В РУВД был задержан, было возбуждено уголовное дело по ст. «Хулиганство». УК РФ был изменен(в период следствия), но № ст. УК остался прежним, но обвинение новым –«Захват заложника». Был помещен в «Кресты» до суда на целый год. Был жестоко избит сокамерниками за отказ подписать согласие с обвинением. Десять раз в «Кресты» вызывались психиаторы и десять раз он был признан психически здоровым.

24.12.1996г. состоялся суд в г. Пушкин. Отказался от адвоката. После заявленного отвода адвокат попросила назначить стационарную СПЭ. Был выставлен диагноз «Шизофрения». До этого к психиаторам никогда не обращался, диагноза не имел. На комиссии попросили назвать ФИО. Этого оказалось достаточно для установки диагноза.

30.07.97 решением суда был освобожден от уголовной ответственности и направлен на принудительное лечение в ПБ-2.

Лечащий психиатр заявил: «Вопрос о вашей выписке не стоит. Вы, что хотите, чтобы меня тоже признали психически больным человеком и моя койка оказалась рядом с Вашей?» Совершил побег. Объявлен в розыск. Жил без определенного места жительства в течении года.

Брат Андрей в это время распродавал имущество Буч-Салтыкова С.О. Он воспользовался ситуацией и тем, что Буч-Салтыков С.О. свое имущество в 1995г. оформил на мать и начал давить на последнюю. Мать имела психиатрический диагноз «Сосудистая деменция» и страдала слабоумием. Имущество, подаренное Сергеем матери по завещанию наследовалось им же. Имущество состояло из: трехкомнатной квартиры в СПб, гаража, части дачи. Брат заставил мать написать заявление в милицию, что ее избивает Сергей. Вновь было возбуждено уголовное дело. Избавившись от брата в 1997г., Андрей оформил мать в психиатрический интернат. Распродал имущество в квартире и сдал ее таджикам. Впоследствии он неоднократно вызывал психиатрическую помощь при попытках Сергея восстановить справедливость. Во время нахождения матери в психиатрическом интернате Андрей нотариально оформил завещание матери на свое имя(2003г.), несмотря на то, что опекуном матери был оформлен Сергей.

2004г. смерть матери. Примерение братьев. Со стороны брата Андрея примерение оказалось фальшью. За спиной Сергея он продал имущество матери, лишив брата

единственного жилья. Имущество было продано через черного риэлтора Коневу О.Ф. с криминальным прошлым, в том числе и уголовное дело за похищение человека.Сам Андрей не жил в данной квартире. Сергей снова был сдан в психиатрическую больницу. Снова побег. Диагноз наконец поставлен под вопросом, но не снят. Снова борьба за свои правав течение последующих семи лет. Через семь лет городской суд СПб (2011) признал квартиру за Сергееем, отменив дарение матери, признав ее недееспособной ввиду ее диагноза.

И можно было бы возбудить уголовное дело уже против Андрея, криминального риэлтора Коневой О.Ф., ст.инспектора «выселения» граждан Федецкой М.Л. или нотариуса Блотнер Н.Т., только времени прошло уже много и закон запрещает их возбуждение, даже несмотря на то, что правда открылась только сейчас спустя столько лет. Значит эти люди останутся безнаказанными, и будут продолжать творить свои беззакония. Потому как наша правосудная система настолько неповоротлива и корумпирована, что правосудия приходится добиваться годами, меняя участковых, прокуроров, судей и т.д.(«прокурор» Московского района СПб Непряхин В.Н., «судьи» Московского районного суда Смирнова Л.А., Ларченко О.С., его «зампред» Барковский В.М. и проч.) И требуется время для того, чтобы доказать, что человек является стороной по сделке, стороной по дарению, братом и сыном в конце концов. При этом Андрей действуя за пределами право- и дееспособности даже сейчас пытается признать Сергея то ненадлежащим наследником, ссылаясь то на имевшее место якобы избиение матери, то на его диагноз. Таким образом получается, что человека не получающего психиатрического лечения(исключая принудительное), не имевшего ранее диагноза вновь пытаются запрятать в психиатрическую больницу из которой он уже вряд ли сможет когда либо выбраться. Учитывая, что психиатрические больницы теперь оснащены камерами слежения и оповещения, а так же, что любого человека с помощью современных психотропных средств можно довести до состояния овоща и того, что он будет уже и не человек вовсе.

Зная Сергея и то, что он без помощи адвокатов, без должного юридического образования и фактически без жилья и без средств к существованию добился возврата своей квартиры, гаража, части дачи можно с уверенностью сказать, что это не его диагноз под вопросом, а квалификация и порядочность врачей под вопросом.

И наверно это ирония судьбы, что квалифицированный врач, без вредных привычек из интелигентной семьи с дворянскими корнями, отличник школы и института оказался благодаря стечению обстоятельств на больничной койке в психиатрической клинике и «лечился» своими коллегами от несуществующего диагноза.

Потому, как психиатрия не имеющая в своем арсенале точных диагностик(УЗИ, рентген, анализы, спектрография, энцефалограмма и т.д.) определяет наличие или отсутствие диагноза на основе личного субъективного мнения врача. А ведь, как известно мнение врача может зависеть как от его заинтересованности в данном деле так и от «погоды».

И учитывая, что психиатрические клиники субсидируются взависимости от их наполняемости.Последняя(исключая добровольцев) возможна только через вобуждение уголовного дела можно говорить о некой связке уголовное дело – врач психиатр. И настоящий преступник избежит наказания представив справку о прохождении «лечения», а неугодный человек не выйдет из больницы никогда. И к нему будет применено такое лечение и в таких дозах, что это будет и не человек вовсе. И даже если врачебная ошибка психиаторов будет признана, то психиатр ответственности за нее не несет. Историю болезни можно всегда переписать или вовсе утратить. К тому же психиатрические болезни возникают из ниоткуда и исчезают в никуда.И если сейчас человек здоров, то не значит, что он не был болен. А психиатрические болезни столь загадочны, что могут вылечиваться без психиатров. Не говоря уже про сам суд, который присуждает смехотворные деньги в качестве компенсации морального вреда, если присуждает их вовсе.

А у человека в борьбе за справедливость уходит молодость, карьера, зарплата, теряется квалификация, здоровье, друзья, авторитет и т.д. А под якобы психически больных лиц всегда удобно списывать лекарства, действие которых сродни наркотическим препаратам.

И наверно сейчас, в достаточно еще трудное время для Буч-Салтыкова Сергея Олимповича, поскольку его борьба еще не закончилась, хочется привлечь внимание общественности к вопросам психиатрии и того беззакония,которое с ним связано.

«Лига неподвержения недобровольному

психиатрическому лечению»

«Лига неподвержения недобровольному психиатрическому лечению» создана в Санкт-Петербурге в 1998году. В ее составе около 50 человек. Она объединяет лиц пострадавших от карательной психиатрии, а так же неравнодушных к данной проблеме граждан. Основная цель – реформирование закона о психиатрической помощи в части недобровольного помещения граждан в психбольницы и недобровольного наблюдения ПНД. Зампредседателем лиги является Покидкина Наталья Леонидовна – 8-960-250-50-32.

 

2. Оксана - 02.08.2016 15:48:40
E-mail: OXKazan@mail.ru

Жалоба на действие (бездействие) должностных лиц

Я одиноко проживающий собственник 3-х комнатной квартиры стоимостью 3,5 млн.руб.

С января 2013 началось регулярное незаконное проникновение в мою квартиру в мое отсутствие.

1. По моим заявлениям в Озерские "органы" производились проверки с целью "накопать" исключительно "странности". В первом постановлении №6146 от 18.07.13 об отказе в возбуждении уголовного по факту регулярного незаконного проникновения в мою квартиру в мое отсутствие участковый АЮНовиков постановил направить копию начальнику ФГБУЗ ЦМСЧ №71 ФМБА России Е.П.Фомину (прил.1).

2. 02.08.2013 ко мне домой позвонил из психиатрического кабинета амбулатории ПНД ФГБУЗ ЦМСЧ№71 ФМБА России врач-психиатр-не представился и, визжа в трубку, срочно потребовал, чтобы я явилась на комиссию для обследования моего психического здоровья. Я отказалась.

3. 13.08.2013 ко мне домой пришел работник полиции ДНОсипов (есть запись диктофона) и также назойливо требовал по повестке прийти в прокуратуру для беседы в присутствии психиатра (прил.2). Т.к. ФЗ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" №3185-I (далее "Закон" №3185-I) я не знала, то также интуитивно отказалась. Сейчас, имея обширную информацию о методах захвата квартир одиноко проживающих собственников жилья, кем я и являюсь, находясь очередной раз в Москве, проходя мимо медицинского диагностического центра я добро­вольно прошла 30.10.13 независимое добровольное психиатрическое освидетельствование (справка-здорова).

4. 03.04.2015 я на АСДОКе (Автоматизированная Система Диспансеризации Отдельного Контин­гента) проходила 36-й раз ежегодный медосмотр по установленному на заводе (ФГУП "ПО"Маяк") графику. На АСДОКе до 2015 года не было штатного врача-психиатра-нарколога и я ходила к врачу-психиатру и наркологу в психиатрический кабинет амбулатории ПНД ФГБУЗ ЦМСЧ№71 ФМБА России поставить отметку о том, что не состою на диспансерном учете. На АСДОКе в 2015 году появился в штате врач-психиатр-нарколог Жильцова СК. В соответствии с "Законом" №3185-I ст.23 п.3 врач-психиатр Жильцова С.К. не представилась (ФИО я узнала позднее), не получила моего согласия на психиатрическое освидетельствование. Она мне сообщила, что к ней обратились из "органов" по поводу того, что я пишу письма, в связи с регулярным незаконным проникновением в мою квартиру, но у меня нет никаких на то доказательств (дословно). Я ответила, что она не тот человек, с которым я считаю нужным обсуждать этот вопрос, и никто не может запретить мне защищать свое конституционное право на неприкосновенность жилья и обращаться в федеральные органы. Услышав это, она радостно диагностировала, что очевиден диагноз F60, записав в маршрутном листе м/о F60, годна не на основном производстве до решения врачебной комиссии (ВК)- злоупотребление должностными полномочиями. Еще она поинтересовалась о моих увлечениях. Я ответила, что достаточно успешно занимаюсь настольным теннисом и в декабре 2014г. привезла очередные две серебряные медали с региональных соревнований, проходивших в Екатеринбурге. На этом и закончилось мое освидетельствование. До 03.04.2015 я на протяжении жизни за психиатрической и наркологической помощью не обращалась.

На предприятии Госкорпорации "РОСАТОМ" ФГУП "ПО "Маяк" требования к работникам изложены в документах, указанных в разделе "Общие положения" Инструкции "Порядок проведения медицинских осмотров и обследований работников ФГУП "ПО "Маяк" И-ООТ-011-2014 (далее-Инструкция И-ООТ-011-2014), в которых федеральные и ведомственные регулирующие нормы в полном объёме соответствуют Конституции Российской Федерации, в установленном порядке имеют регистрацию Министерства Юстиции РФ и опубликованы в прессе.

В приказе Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12.04.2011 года № 302н "Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и Порядок проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда", подчёркиваю, что подобные ограничительные меры применимы только в определённых, совершенно конкретных обстоятельствах. Данные обстоятельства установлены в ст. 48 Приложения III к Приказу № 302н и сообщают, что медицинскими противопоказаниями к допуску к работам являются: "…психические заболевания с тяжелыми, стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями и приравненные к ним состояния, подлежащие обязательному динамическому наблюдению в психоневрологических диспансерах". В Постановлении Правительства Российской Федерации от 01.03.1997 г. № 233 "О перечне медицинских противопоказаний и перечне должностей, на которые распространяются данные противопоказания, а также о требованиях к проведению медицинских осмотров и психофизиологических обследований работников объектов использования атомной энергии" условиями отстранения работника от выполнения обязанностей являются: "..3. Хронические психические заболевания и приравненные к ним состояния; пограничные психические расстройства, требующие динамического наблюдения психиатра".

"Предварительно" установленный мне диагноз Жильцовой СК F60.0 к таковым ограничениям–"медицинским противопоказаниям" не относится. В Приказе Министра здравоохранения РФ от 26.08.2011 г. № 989н "Об утверждении перечня медицинских противопоказании для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну, порядка получения и формы справки об отсутствии медицинских противопоказаний для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну" обозначены

противопоказания для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну.

Как видно из содержания Приложения №1 к указанному приказу код заболевания F60.0, как и сопутствующие ему психические расстройства и расстройства поведения вообще в его содержании не упоминаются.

С целью уточнения актуальности редакции данного приказа В.Г.Солнцевым (из аппарата Уполномоченного по правам человека по Чел.обл) был сделан запрос на имя Министра здравоохранения РФ.

В ответе Департамента санитарно-эпидемиологического благополучия, организации экстренной медицинской помощи и экспертной деятельности, в частности сказано: "Нозологическая единица F60 (МКБ-Х) "Специфические расстройства личности и поведения в зрелом возрасте" не входит в перечень медицинских противопоказаний для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну, утверждённый приказом Минздравсоцразвития России от 26.08.2011 № 989нн "Об утверждении порядка получения и формы справки об отсутствии медицинских противопоказаний для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну". Исходя из этого, надо полагать, что если должностные лица иных специальностей в системе "Росатома", из числа допущенных к работам с гостайной, могут, гипотетически, иметь F60.0 и при этом продолжать успешно работать, в том числе и на руководящих должностях, то и электрики с подобным, тем более "предварительным" диагнозом, не должны отстраняться от работы, а если и обследоваться, то только по собственному желанию, только амбулаторно, без принудительного прохождения психиатрического освидетельствования и не в условиях строгого стационара.

Должностные лица из числа авторов Инструкции И-ООТ-011-2014 и утвердивших ее, обязаны знать содержание и требования основополагающих документов, перечисленных в разделе "Общие положения" данного документа.

5. Жильцовой С.К. нарушена ст.23.2 "Закона" №3185-I: психиатрическое освидетельствование, а также профилактические осмотры проводятся по просьбе или с согласия обследуемого. Злостное нарушение ст.10.1 "Закона": диагноз психиче­ского расстройства ставится в соответствии с общепризнанными международными стандартами и не может основываться только на несогласии гражданина с принятыми в обществе мораль­ными, культурными, политическими или религиозными ценностями либо на иных причинах, непосредственно не связанных с состоянием его психического здоровья. Диагноз поставлен в намеренном нарушении "Закона" №3185-I и нарушением презумпции психиатрического здоровья. Очевидно зло­упот­ребле­ние Жильцовой С.К. знаниями и положением врача, несовместимого с врачебной профессией, в интересах третьих лиц в данном случае Озерских "органов", что автоматически послужило ограничению моих прав и свобод – приказ об отстранении от работы на заводе, на котором я успешно работаю с октября 1979 года, на период отстранения от работы заработную плату не начислять, что привело к резкому понижению моего материального положения (нищенская пенсия), отменен очередной отпуск, унижение моей чести, достоинства, т.к. мне выставлен необоснованный и заведомо неправильный предварительный психиатрический диагноз F60.

6. 03.07.2015 в конце рабочего дня я комиссионно начальником БОТиЗ О.В. Ковалем в присутствии мастера ОРБ-4 и и.о.главного энергетика С.Н.Антоненко ознакомлена с приказом (прил.4) №109.1/1538 от 03.07.2015 об отстранении меня от работы с 06.07.2015. У О.В.Коваля еще был приказ №109.2/1538 от 03.07.2015о моем принудительном психиатрическом обследовании, который он просил подписать. Я попросила копию, но мне было отказано, т.к. я не дала согласия на его подписание. На каком основании и кто автор противозаконных приказов о моем отстранении от работы и принудительном психиатрическом освидетельствовании (должностное преступление).

7. В приказе об отстранения меня от работы сказано:"Кутузова О.Б. была отправлена на дообследование"- мне не вручалось никакого направления с указанием причины, даты, времени и места проведения дообследования –это подлог. В приказе сказано "На 25.06.2015 по информации заведующего отделением АСДОК Егорова А.Н. на врачебную комиссию Кутузова О.Б. не явилась. При непрохождении в установленном порядке обязательного медицинского осмотра работник отстраняется от работы." В течение трех месяцев до приказа об отстранении от работы я добросовестно исполняла свои обязанности и в соответствии с требованием Инструкции И-ООТ-011-2014 никто мне не вручал письменного направления с указанием причины, даты, времени и место проведения врачебной комиссии (ВК)-очередной подлог. Я также не получала направления на психофизиологическое обследование (ПФО) в психофизиологической лаборатории (ПФЛ) ЦРРП в соответствии с требованием инструкции И-ООТ-011-2014, которую тщательно изучила позже. 25.05.2015(1), 26.05.2015(2), 27.05.15(3) я комиссионно начальником ЭРУ А.В. Мартюшевым в присутствии мастера ОРБ-4 П.Б.Козина, инженера ППР Д.В.Глухова ознакомлена: 1-с заключением предварительного м/о о запрете работы во вредных условиях; 2-с заключением предварительного м/о - дообследование - без даты, времени, места дообследования; 3-о том, что прошла м/о 03.04.15 соответственно (ознакомление с этими документами записаны на диктофон).

8. После отстранения меня от работы я поехала в ПНД Челябинской области, чтобы пройти амбулаторное добровольное психиатрическое освидетельствование, но мне в этом было отказано и предложен исключительно длительный стационар на платной основе. Я обратилась лично с жалобой о нарушении моих конституционных прав в ОНФ, трудовую инспекцию, минздрав, Росздравнадзор, уполномоченному по правам человека (УПЧ) (в аппарате УПЧ по Чел.обл. В.Г.Солнцев более полугода высокопрофессионально разбирался по моему обращению), председателю общественной палаты (ОП), прокурору Челябинской области, председателю ОП Озерска В.А. Аксеновой (она категорически отказалась принять жалобу), начальнику ФГБУЗ ЦМСЧ №71 России Е.П. Фомину и повторно к нему с заявлением об ознакомлении с результатами проверки по моей жалобе на Жильцову СК - мне было отказано в ознакомлении с материалами проверки (исполнитель ВВКичатов-заведующий ПНД).

9. После получения ответа от Территориального органа Росздравнадзора по Чел.обл. от 20.08.2015 №И74-1430/15 31.08.15 я лично обратилась в Росздравнадзор по Чел.обл. для ознакомления с актом проверки проведённой документально по моей жалобе о законности принятого по состоянию моего психического здоровья решения Жильцовой СК и обнаружила копию мед.карты амбулаторного больного в психиатрическом кабинете амбулатории ПНД ФГБУЗ ЦМСЧ№71 ФМБА России – 02.08.2013 я поставлена на диспансерное наблюдение в мое отсутствие и без моего уведомления комиссией в составе Ушаков АМ, Жильцова СК и Финашова ЕГ–должностное преступление, копию указания, которое мне не вручалось, явиться 27.04.2015 на ВК для принудительного психиатрического освидетельствования. По моей просьбе сделать для меня копии документов: акта, о проведенной проверке, записей в медицинской карте амбулаторного больного ПНД, копию указания, которое мне не вручалось, явиться 27.04.2015 на ВК для принудительного психиатрического освидетельствования, Приказов об утверждении врачебной комиссии (ВК) для проведения медосмотров от 13.02.2014 № 32-у и от 04.08.2014 № 121-у, приказа о составе и порядке работы врачебной комиссии ФГБУЗ ЦМСЧ № 71 ФМБА от 14.01.2015 № 5-у окончилось отказом в их предоставлении по причине "их (приказов) отсутствия" (есть запись диктофона процесса моего ознакомления с актом проверки). Данным отказом территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения грубейше нарушил мои Конституционные права. Согласно статье 31 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-1 каждый гражданин имеет право в доступной для него форме получить имеющуюся информацию о состоянии своего здоровья, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, его диагнозе и прогнозе и т.д. По требованию гражданина ему предоставляются копии медицинских документов, отражающих состояние его здоровья, если в них не затрагиваются интересы третьей стороны (ч.4). Непонятно в силу каких законных оснований мне было отказано в выдаче на руки копии Акта, в котором всего лишь содержалась информация о том, что в отношении меня предпринято одной инстанцией, для перепроверки ею этих выводов в другой (независимой) инстанции.

10. В начале сентября 2015 я зашла в городскую поликлинику в психиатрический кабинет амбулатории ПНД ФГБУЗ ЦМСЧ№71 ФМБА России и обратилась к медсестре с просьбой показать мою мед. карту амбулаторного больного с записями от 02.08.2013 и указания мне явиться 27.04.2015 на принудительное психиатрическое обследование на ВК. Медсестра спросила, почему я не явилась на ВК, я ее вопрос оставила без ответа и попросила сделать копии записей в мед.карте и указания - она категорически отказала. Я обратилась с заявлением к начальнику ФГБУЗ ЦМСЧ №71 Е.П. Фомину предоставить мне копии записей от 02.08.2013 из мед.карты амбулаторного больного психиатрического кабинета амбулатории ПНД ФГБУЗ ЦМСЧ№71 ФМБА России (о которых идет речь в акте, проведенной проверки, и в ответе Территориального органа Росздравнадзора по Чел.обл. от 20.08.2015 – получен ответ: нет на меня мед.карты, с записями от 02.08.2013, когда я поставлена на диспансерное наблюдение (см.п.2)-очередной подлог.

11.В октябре 2015г. в г.Москве я дважды прошла добровольное психиатрическое освидетельствование:

- 05.10.2015 по направлению профильной клиники ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им.А.И.Бурназяна в клинической больнице №84 ФМБА (на платной основе);

- 01.10.2015 в частной клинике расстройств высшей нервной деятельности "Роса"–патоп­сихологиче­ское обследование психологом и психиатра (на платной основе).

По приезду из Москвы, выводы специалистов я передала Генеральному директору ФГУП ПО "Маяк" М.И.Похлебаеву, однако до работы допущена не была.

12. 21.12.2015 устно Егоровым АН была приглашена на ВК (оказалась психиатрическая). Я приготовила заявление, об исклю­чение из комиссии ВВКичатова (исполнитель документа для Фомина ЕП об отказе в ознакомлении мне с материалами проверки по моей жалобе на Жильцову СК об установлении мне предварительного психиатрического диагноза-превышение должностных полномочий), Жильцову СК и Ушакова АМ (участники ВК по постановке меня 02.08.2013 на диспансерное наблюдение-должностное преступление).

На этой ВК Егоровым АН мне было предложено расписаться в бланке о добровольном психиатрическом освидетельствовании на основании правил установленных приказом №170 от 07.09.2015 ФМБА РФ "О создании на базе медицинских организаций, подведомственных ФМБА РФ, врачебных психиатрических комиссий.." и пройти обследование: электроэнцефалограмму головного мозга. Проверив на месте предложенный членами комиссии норматив, я установила, что данный приказ утвердил временное типовое положение о врачебной психиатрической комиссии и не прошел регистрации в Министерстве юстиции РФ и не опубликован в прессе. Я обратила внимание ВК, что нет такого приказа на сайтах ФМБА РФ и Минздрава РФ. Отказалась проходить какие либо немотивиро­ванные медицинские обследования (есть посекундная стенограмма ВК). В таком случае, само требование пройти обязательное психиатрическое освидетельствования на основании приказа № 170 от 07.09.2015г. является нарушением прав гражданина установленных статьёй 21 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.

Что касается ЭЭГ обследования головного мозга, то в преддверии такой проверки в г.Озёрске, я прошла его в добровольном порядке в "Дорожная клиническая больница на ст. Челябинск ОАО РЖД". В Заключении по результатам обследования сказано: "биоэлектрическая активность головного мозга соответствует возрасту, локальных изменений нет, эпилептиформной активности нет". По мобильному теле­фону прослушивал заседание ВК В.Г.Солнцев (из аппарата УПЧ).

23.12.2015 по почте я получила копию заключения постановки предварительного диагноза на м/о от 03.07.2015 врача-психиатра Жильцовой СК (написано спустя три месяца после медосмотра-видимо как основание для приказа об отстранении меня от работы (прил.3).

28.01.2016 по устному указанию заведующего АСДОКА Егорова АН (без выдачи на руки письменного направления с указанием цели обследования, даты, времени и место проведения в нарушение инструкции И-ООТ-011-2014) я прошла ПФО в ПФЛ ЦРРП ФГУП "ПО"Маяк". По окончании обследования психолог Брунер Т.В. мне сообщила, что я показала не просто хорошие результаты, а высокие для своего возраста. Я спросила по окончании обследования, когда я смогу ознакомиться с результатами ПФО. Она ответила 01.02.2016 позвонить по телефону 2-97-02. В назначенный день я позвонила Брунер ТВ по указанному мне телефону, но со мной в грубой и агрессивной форме разговаривала заведующая ПФЛ Гинько ГЮ, которая отказала в ознакомлении с результатами моего ПФО в их лаборатории. Когда я получила результаты ПФО по моему письменному заявлению начальнику МСЧ-71 Фомину ЕП, то обнаружила, что высокие результаты превратились в низкие и у меня возрастная деградация с психиатрическим синдромом ("Обследуемая направляет в государственные учреждения большое количество писем. Эту тему обсуждать отказалась"). Но об этом я узнала намного позднее. Нет желания комментировать ложь, которая граничит с идиотизмом, написанную в протоколе моего ПФО-есть запись диктофона общения с психологом Брунер ТВ во время моего обследования и по окончании обсуждения результатов моего ПФО.

13. 08.02.2016 (Кичатовым ВВ по телефону я приглашена психиатрическую ВК) –решением психиатрической ВК в составе Кичатов ВВ, Ушаков АМ, Соколов АЕ, мне отказано работать на предприятии на основании того, что я обращаюсь за помощью в федеральные органы власти и мне установленный Жильцовой СК психиатрический диагноз запрещает работать с ионизирующими источниками и государственной тайной, т.е. работать на предприятии ФГУП "ПО"Маяк"(есть запись диктофона этой ВК (прил.6), по мобильному теле­фону прослушивал заседание ВК В.Г.Солнцев (из аппарата УПЧ). При получении копий записей в медицинской книжке амбулаторного больного ПНД о прохождения этой психиатрической ВК-в медкарте написано: комиссией установлен диагноз F20.0 Шизофрения параноидальная непрерывный тип течения. Эмоционально-волевое снижение (как только я занимаю призовые места на соревнованиях разного уровня?). От лечения отказалась. Мне об этом на ВК ничего не было сказано-очередной подлог.

Анализируя обозначенную мной хронологию развития событий и факты, очевиден тандем "органов" и карательная роль врачей-пси­хиатров.

Федеральный закон №59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан РФ": запрещает преследова­ние лица в связи с его обращением в органы государственной власти. При рассмотрении обраще­ния не допускается разглашение сведений, содержащихся в обращении, а также сведений, касаю­щихся частной жизни гражданина, без его согласия. Очевидное нарушение ФЗ N323 "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Кодекса врачебной этики.

Злостное нарушение Конституции РФ: Ст.17 п.1, Ст.19 п.2 в соответствии с международно-право­выми нормами устанавливается запрет на любую форму дискриминации, Ст.21 наказать лицо за дей­ствие, которое совершило, Ст.23, Ст.24 1. Сбор, хранение, использование и распространение инфор­мации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. 2. Органы государственной вла­сти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому воз­можность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом., Ст.29 п.1,3,4, Ст.33, Ст.45 п.1,2, Ст.51 п.1. Оче­видно, что меня пытаются лишить правового статуса личности в РФ Ст.64 - в перспективе лишить дее­способности.

Мое психическое состояние полностью соответствует критериям психического здоровья ВОЗ. Иначе, как бы я могла безупречно выполнять 36-й год обязанности (награждена знаком отличия в труде "Ветеран атомной энергетики и промышленности"-приказ от 31.01.2007 83/К, Ветеран труда (Федеральный статус) с 24.12.2003), изложенные в инструкции рабо­чего–электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, быть "Почетным донором Рос­сии" (удостоверение №46069 от 12.07.1999), 26-й год успешно заниматься организацией сдачи донорской крови работниками завода по графику отделения переливания крови, как бы я могла достойно защищать спортивную честь предприятия, завода и свою, участвуя в региональных, областных, городских и предпри­ятия спортивных соревнованиях по настольному теннису (после 20-летнего перерыва с 2004 года-20 грамот городского статуса, 24 медали с областных, региональных соревнований, которые имеют со­ответствующие грамоты, а также российский и региональный рейтинги самые высокие в городе). Играть успешно в настольный теннис невозможно без быстрого аналитиче­ского мышления-анализа тактики соперника, великолепной памяти, интеллекта, спокойной эмоциональ­ной и сильной волевой сферы, высокой концентрации внимания, позитивной мотивации, адекватной само­оценки, здорового образа жизни.

По ВОЗ психическое здоровье – это состояние благополучия, при котором человек может реализовать свой собственный потенциал, справляться с обычными жизненными стрессами, продуктивно и плодо­творно работать, а также вносить вклад в жизнь своего сообщества.

Выводы: 1.Препятствование моей профессиональной занятости на основании "предварительного" диагноза Ф60.0 установленного в ходе периодического медицинского осмотра – незаконно и является нарушением моего права на профессию, поскольку код заболевания F60.0, как и сопутствующие ему психические расстройства и расстройства поведения в зрелом возрасте вообще не упоминается в Приложении №1 к Приказу Министра здравоохранения РФ от 26.08.2011 г. № 989н "Об утверждении перечня медицинских противопоказании для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну…".

2.Заключение врача-психиатра Жильцовой СК "Годна не на основном производстве", в связи с предварительным установлением диагноза Ф60.0 в ходе периодического медицинского осмотра, как диагноза препятствующего моей профессиональной деятельности, является злоупотреблением должностными полномочиями относительно не установленного и не ограничительного диагноза и является нарушением моих гражданских прав на труд.

3.Приказ № 109-1/1538 от 03.07.2015 г. об отстранении меня от работы электромонтёром, без начисления заработной платы в связи с непрохождением "обязательного" медицинского осмотра - является нарушением трудового законодательства, поскольку установление "предварительного" диагноза Ф60.0 в ходе периодического медицинского осмотра, как диагноза препятствующего профессиональной деятельности – незаконно и является нарушением моего права на профессию, поскольку код заболевания F60.0, как и сопутствующие ему психические расстройства и расстройства поведения вообще не упоминается в Приложении №1 к Приказу Министра здравоохранения РФ от 26.08.2011 г. № 989н "Об утверждении перечня медицинских противопоказании для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну, порядка получения и формы справки об отсутствии медицинских противопоказаний для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну".

4.Игнорирование требования Инструкции И-ООТ-011-2014 на своевременное дообследование в психофизиологической лаборатории ЦРРП ФГУП "ПО "Маяк", а равно самоустранение руководства от вручения мне направления на таковое обследование в ином профильном учреждении здравоохранения, является нарушением трудового договора и обязанностей должностных лиц по организации медосвидетельствования сотрудников, а, равно, нарушением моих гражданских прав.

5.Отстранение меня по сфальсифицированным основаниям от работы в соответствии со штатным расписанием, принуждение без объективных оснований принудительного психиатрического освидетельствования (две психиатрические ВК) является прямым нарушением федерального законодательства о психиатрии, трудового законодательства и моих конституционных прав.

Самоустранение надзорных и контрольных органов от квалифицированного реагирования на обращения по моим заявлениям по признакам проникновения посторонних лиц в место моего проживания является нарушением моего гражданского права на защиту своих прав и свобод, гарантированного ст.45 Конституции РФ.

14. С 2013 года я обращалась в Озерские СО СК, МВД, прокуратуру, СУ СК, прокуратуру, ГУ МВД Че­лябинской области для защиты моего Конституционного права на неприкосновенность жилья и возбужде­нии уголовного дела в связи с регулярным незаконным проникновением в мою квартиру Красави­ным Е.А. из кв.70 и Авериным Е. из кв.65, но мне многократно отказано.

15.Во всех постановлениях об отказе в возбуждении уголовного дела по факту регулярного незакон­ного проникновения в мое жилище фигурируют анонимные свидетели (без ФИО), абсолютно извраща­ются мои показания - надуманные, противоречащие здравому смыслу, не соответствующие моим фактам. Проверки, проведенные участковым Новиковым и следователем Власовым Д.А. формальны: не профессио­нальны, направлены исключительно для сокрытия уголовного преступления с целью за­хвата моей квартиры. Следственные действия участкового Новикова и следователя Власова заключа­лись в фотографировании моего холодильника, кошки, проигрывателя, ноутбука и сбора информации для помещения меня в "психушку".

Фальсифицированы результаты экспертизы пяти дверных замков, которые открывались отмычками. Зам. прокурора О.Г.Богданов потребовал установить друзей, знакомых, сослуживцев и опросить их, что им известно по факту регулярного незаконного проникновения в мое жилище (я не скрываю это от своего ок­ружения).

Абсолютно игнорируются следующие факты:

1 С 1983г. 29 лет я жила в своей квартире без проблем (в том числе из них 10 лет с 1983-93г.г. в усло­виях "коммуналки") до вселения после смерти собственницы кв.70 Г.Б.Беловой (она сначала пропала безвести, а после моего заявления в полицию о пропаже человека, через месяц найдена умирающей на улице - типичная криминальная смерть) Богатовой С.В. в кв.70 (общий на две квартиры тамбур с металли­ческой дверью), куда имеет свободный доступ ее внук Красавин Е.А.

2 В декабре 2011г у меня был взломан дверной замок (сейчас я знаю – открыт простым свертышем) и я обратилась с заявлением к участковому Домашневу, который и проводил проверку. В июле 2013г ознако­милась с материалами той проверки–все извращено и сплошная клевета, а Красавин Е.А. даже не оп­рошен-сам дверной замок взломался.

3 Ко всем заявлениям в Озерские СО СК, МВД, прокуратуру и СУ СК, прокуратуру, ГУ МВД Челябин­ской обл. о регулярном проникновении в мою квартиру я прилагала как доказательство электронные носи­тели с записями диктофона, который включала, уходя на работу, тренировки и т.д. Благодаря запи­сям диктофона мне стало известно, кто проникает ко мне в квартиру в мое отсутствие и ночью пыта­ется открыть замки моей входной двери. Все записи показывают открывание в мое отсутствие моих двер­ных замков с помощью отмычек, очень хорошо слышно продолжительное нахождение посторон­него лица в квартире: хлопанье дверей шкафов, ломание пластмассовых коробок ДVД дисков, сдвигание холодильника (для "ремонта"), истязание моей любимой кошки, распыление ядовитых газов (квартиру пре­вращают в газовую камеру), с каким упорством лезет ко мне ночью Красавин и его подельник Аверин Е (из кв.65-под моей квартирой), но не получается открыть замки отмычками ночью (когда я дома-механи­чески фиксирую ригели), взлом 9-го замка без внешнего разрушения: отмычки не смогли от­крыть, с помощью дрели получилось. На всех записях диктофона великолепно слышно, что проникнове­ние в мою квартиру происходит из кв.70, без "бряканья" металлической двери общего там­бура на мою и кв.70, т.е. приходящие не с улицы.

4 06.05.2013 при подаче заявления о возбуждении уголовного дела по факту регулярного проникнове­ния в мое жилище в СО по ЗАТО г.Озерск СУ СК по Чел.обл. ЮИСидоренко мною была приложена флешка "Verbatim" голубого цвета с записями диктофона, который я включала уходя на работу, трени­ровки, в баню и т.д. До августа 2014г. во все "органы" я регулярно предоставляла записи с оригинала (дик­тофона), но почему-то они никого не интересовали. В постановлениях об отказе в возбуждении уголов­ного дела по факту регулярного проникновения в мое жилище до августа 2014 о моих предоставлен­ных записях диктофона либо вообще не было сказано ни слова или ничего на записях не слышно. В августе 2014г. у меня был выкраден диктофон и сразу же пошли комиссионные прослушива­ния записей диктофона (из постановления об отказе в возбуждения у/д ЮИСидоренко), но уже фальсифицированных, т.к. оригинальные записи я уже предоставить не могу - выкраден мой глав­ный "козырь" (полтора года для этого потребовалось).

5 В середине августа 2013г. мы со знакомым обнаружили беспроводную микрокамеру слежения на лест­ничной клетке и мне стало известно, что у Богатовой С.В. зять Красавин А.С. работник ФСБ Озер­ска - теперь понятно откуда такая высокая техническая организация проникновения в мою квартиру – невозможно застать врасплох "гостей". Прослушиваются все разговоры по мобильному телефону и ухо­дит вся информация, сказанная по "мобилам".

6 Моя любимая квартира превращена для меня и моей кошки в Освенцим. Кошку регулярно на протяже­нии 1,5 лет истязали в извращенной форме – избивали, разбивали нижнюю челюсть, прижигали нос и в носу, десны и язык электрошокером, истязали детородный орган и под хвостом, принудительно поили какой-то "отравой", искалечили и убили (иск в суде). Портиться мое имущество: ломается новый хо­лодильник, были сломаны в паре видеомагнитофон и телевизор, проигрыватель, у швейной машинки сло­ман ниткопротяжный механизм, взломан ноутбук, портится мой дорогой спортивный профессиональ­ный инвентарь и форма (я КМС по н/теннису) и новые вещи, мое постельное и нижнее белье, полотенца после обработки какой-то химией становятся либо серыми либо желтыми, порвана норковая шуба, отковы­риваются потолочные плитки и обои на кухне, обрабатываются какой-то химией домашняя оде­жда, обувь и все функциональные места в квартире, к которым мне приходится прикасаться (краны, ручки окон и мебели, кухонная бытовая техника), моющие и средства личной гигиены (отравление через кожные покровы), еду покупаю только на один прием - ничего нельзя оставлять в холодильнике - добавят "химии" (я уже ее немало наелась и напилась воды с "химией"из эл.чайника) - все делается для того, чтобы любыми способами выжить меня из моей любимой квартиры - жить в ней стало небезопасно (для моего устрашения убили мою любимую кошку) – выживают с особой жестокостью

16. Всем известны криминальные схемы по захвату чужого жилья: подселение преступников в соседнюю квартиру жертвы – вынуждают по одному проживающих собственников квартир продавать квартиру и в лучшем случае очутиться на помойке или инсценировать любую смерть, как с Г.Б.Беловой (моей покойной соседкой), у меня как раз и происходит подобный террор. Регулярные попытки проникно­вения ночью с целью получить от меня доверенность или дарственную на мою квартиру и инсце­нировать смерть. Я многократно просыпалась с 00ч до 04ч ночью от металлических звуков при мани­пуляциях с моими дверными замками. Когда я нахожусь дома-замки невозможно открыть отмычками, т.к. я механически блокирую дверные замки-только ломать дверь, а это слишком будет явно. С марта месяца 2013г. я заменила девять замков на сумму около 40 тыс.руб., только один раз пользовалась услугами сервисного центра по врезке замков–сама это могу качественно сделать (я инженер-электрик). Но это не помогло мне защитить любимую кошку от истязаний, квартиру и имуще­ство от вандализма-все замки легко открываются отмычками.

17. Богатова С.В. из кв.70 (съехала-видимо куда-то опять подселили, сейчас вместо нее вселился но­вый подельник–вчетвером пошвыряли меня на лестничной клетке для "устрашения" и ускорения процесса освобождения мной квартиры) и ее родственники, Аверин Е. из кв.65 всего лишь исполни­тели ("шестерки") заказа на мою квартиру. Проявил себя еще один подельник, проживающий в моем подъ­езде. После отстранения меня от работы, находясь дома, 8 июля в 11-00 я выходила из своей квар­тиры, закрывая дверные замки, услышала как "резко" пошел вверх лифт, но не с первого этажа, а где-то с четвертого (я живу на девятом). Не спеша я начала спускаться по лестнице. Пройдя два пролета, услы­шала, как открылись двери лифта на моем девятом этаже и послышались шаги спускающегося по лест­нице. Я немного увеличила скорость спуска-"шаги" тоже, я еще прибавила-"шаги" тоже прибавили, я еще больше ускорилась–"шаги" тоже. При спуске даже на большой скорости (благо-спортсменка) я заметила приоткрытую металлическую дверь тамбура на две квартиры. На втором этаже "шаги" прекратил за мной гонку. Я вылетела из подъезда как ракета. Вечером того же дня вышла в лоджию и увидела соседа по подъ­езду, идущего, очень хромая на правую ногу. Казалось бы, что тут странного - где-то травмировал. Но увидев меня в лоджии, смотрящую на него, резко тормознул и перестал хромать (так сам бездарно про­явил себя). На следующий день опять увидела его, идущего к дому, очень сильно хромая, видимо здо­рово повредил ножку на виражах лестничных пролетов при спуске за мной в подъезде.

18. Фамилии соучастников, которые нагло "крышуют" данное преступление, указаны, мне неизвестны только фамилии полицейских, фальсифицировавших результаты экспертизы пяти замков, которые открыва­лись отмычками, замки грамотно "убиты"–повторная экспертиза невозможна. Всем известно–база данных на жителей Озерска находится в управлении МВД и ФСБ г.Озерска– для служебного пользова­ния -где и ведется "строгий учет" одиноко проживающих собственников квартир в Озерске.

19. "Органы" всех уровней (Озерские, областные, федеральные) совершают нарушение норм законно­сти открыто и цинично - системная коррупция - так пояснил К.Кабанов из национального антикор­рупционного комитета, происходит крышевание преступности в Озерске. Статьи УК РФ 159 "Мошенни­чество", 285 "Злоупотребление должностными полномочиями", 210 "Организация преступного сообщества" не действуют, т.к. корыстно заинтересованные коррумпированные сотрудники органов всех уровней заинтересованы в сокрытии любых преступлений.

В отношении меня нарушены следующие статьи Конституции РФ:2,17,19,21,22,23,24,25,29,33,41, 45, УК РФ ст.136,137,140,237,239,282,285,286,292.

Очевиден сговор (организованная группа) озерских медработников и "органов".

Хронология моих обращений в федеральные, областные, Озерские "органы":

1- ГП РФ: 14.08.13(письм.)-ст.прок.отд.по расм.обр. ТВВдовина-в прок. Чел.обл., лично в прием­ную:11.10.13,29.10.13-ст.прок. 1отд. упр. по надз.РОСоколов,из СКРФ-в прок. Чел.обл., 24.12.13-прок.1отд.упр. по надз. ЮЮХальманенко - в прок. Чел.обл.,20.05.14,29.05.14-ст.прок.1отд.упр.по надз.РОСоколов,НСГалушко-из ФСБ,ГД-в прок.Чел. об.,20.10.14, 28.10.14, 30.10.14-ст.прок. 1 отд. упр.по надз.РОСоколов,НСГалушко-изФСБ, Минюста РФ,Общ.пал., 13.02.15-ст.прок. 1 отд.упр.по надз. РОСоко­лов из МВДРФ,ФСБ,Минюста РФ;22.05.15-МНСалахутдинов-в прок. Чел.обл.,23.06.15-РОСоколов от депутата ГД Железняка CВ- прокурору Чел.обл.,10.06.15-АВКурбатов из ОП РФ-ио прокурора Чел.обл.,28.07.15- РОСоколов от депутата ГД ВВЖириновского-прокурору Чел.обл., 30.09.15-ДАКавешников-отказано в возбуждении уголовного дела обоснованно.

2- МВД РФ: 02.08.13(письм.)-нач.ГУОООПМВДРФ ЕАНовосельцева-в ГУМВД Чел.об., лично в пр. 07.10.13- зам. нач. ГУОООПМВДРФ АВПлохин-в ГУМВД Чел.об., 16.12.13(нет отв.), 15.05.14(нет отв.), 06.10.14(нет отв.), "ящик" МВД РФ 09.10.14(нет отв.),08.02.15 зам. нач. ГУОООПМВДРФ АВПлохин-сообщил,что оставил без ответа-мое обращение содержит оскорбительные выражения.

3- СК РФ: 06.08.13 (письм.), лично в прием.09.10.13-инсп.3 отд. проц.контр.ОВКеда-в ГПРФ, 18.12.13- инсп.3 отд. проц.контр.ОВКеда-в СУСКРФ по Чел.об., из Общ.палаты в СУСКРФ по Чел.об.,13.05.14 инсп.3 отд. проц.контр. АПСтепанов, ст.инсп.3 отд. проц.контр.АВАвраменко-в СУСКРФ по Чел.об., 07.10.14 рук. 3 отд. проц.контр. СВТрохов-руководителю СУСКРФ Чел.об.поручено проведение доп. проверочных мероприятий, 11.02.15-ст.инсп.3 зон.отд. управления проц.контр.ДКМалахов, из ФСБ-в СУСКРФ по Чел.об.;26.05.15-инсп.3 зон.отд. управления проц.контр.ДКМалахов, из ФСБ-в СУСКРФ по Чел.об.,16.10.15, 20.10.15-инсп.3отд. управления проц. контр.ЭНКрючков в СУСКРФ по Чел.об.

4- уполномоч. по правам человека 02.08.13(письм.)нет отв., лично в прием.18.12.13-ЕАБобкова-можете обжаловать или обращ.в суд, 12.05.14- ИСИванов-можете обжаловать или обращ.в суд.

5- ГУСБ МВДРФ лично в прием. 07.10.13-зам.нач.отдела СИАбушаев-в прок. Чел.обл., 17.12.13-нач. отд. АВБухаров-в ГУМВДРФ по Чел.обл, 15.05.14- нач.отд.АВБухаров-в прок. Чел.обл.;

ГУЭБиПК-10.03.15-зам.нач.2управл.-МСМедведев-в ГУМВД Чел.обл. и копия в ГП РФ,27.09.15 нач.отдела-КИКарпухина-в ГУМВД Чел.обл., СК РФ.

6- Общественная палата-лично в прием: 17.12.13-АДКачин-в СКРФ; 12.05.14-ВИОрлов-в прок.Чел. об, 08.10.14-в ГПРФ,11.02.15;01.10.15 Гаврилову ЭЛ-изменен адресат-нет ответа.

7- приемная презид. РФ: лично в прием.:17.12.13-консультант ИИванов-в МВДРФ, 13.05.14-консульт. АКозыренко-в прок.Чел.об., 08.10.14-советник департ.ЕКутейникова-в МВДРФ, 09.02.15-консульт. АФедотов-мое обращ.на имя МАФедотова(предс.Совета при през.РФ по правам человека), мое обращ.на имя ОАПлохого-руков.управления през.РФ по вопросам противодействия коррупции-оба обращения отправил в ГУМВД по Чел.об.; 30.09.15-ЕКутейникова в ГПРФ,МВДРФ, Минздравнадзор РФ.

8- ФСБ РФ-лично в прием.(в"ящик"): 10.12.13(нет отв.), 13.05.14-зам.нач.отдела АПавлов-в ГПРФ,06.10.14-зам.нач.Управл."М"ОАКадочников-в ГПРФ,СКРФ,08.02.15- зам.нач.Управл. "М" ДСЛукьянов -в ГПРФ,СКРФ; 25.05.15-зам.нач.Управл."М"ОАКадочников-в ГПРФ,СКРФ,МВДРФ, 05.10.15- зам.нач.Управл. "М" ДСЛукьянов -в ГПРФ,СКРФ,МВДРФ.

9- ГД: 18.12.13 письм.обр. С.Хинштейну-в прок.Чел.об.,15.05.14 лично Е.Мизулиной-в ГПРФ;08.10.14 письм. обр. И.Яровой-зам.предс.ком.МХВахаев-в прок.Чел.об., 09.10.14-лично депутату В.Парахину-нет ответа,09.02.15 письм.обр. СЖелезняку(зам.предс.ГД-нет ответа, ПВКрашенинникову(нет помощи), 12.02.15, лично депутату ВАШвецову-нет ответа; 30.06.15-ВВЖириновскому-в ГПРФ,05.10.15-ВВЖириновскому-голосуйте за нас.

10- Минюст РФ-лично в прием.("ящик"):09.10.14-зам.дир.деп.орг.и контр.ИВМакарова-в ГПРФ, 08.02.15-зам.дир.деп.орг.и контр.ИВМакарова-в ГПРФ;

11- Национальный антикоррупционный комитет лично 09.10.14 К.Кабанову(нет отв.),09.02.15(нет отв.);

12- губерн. Чел.об.:лично в прием.: Юревичу 01.11.13-в адм.г.Озерска, Дубровскому 08.07.14-в ГУМВД Чел.об;

13- Совет Федерации:лично в прием.-09.02.15-комитет по обороне и безоп.-ВНПомогайбин-приняты процес. реш.-обращайтесь в суд;сенатору АВБелякову-нет ответа;15.05.15- сенатору АВБелякову-нет ответа, 08.10.15- сенатору АВБелякову-нет ответа.

14- приемная правительства РФ:лично в прием.-12.02.15-ст.специалист 1 разряда ННОстровский-в ГУМВД по Чел.об.;

15- Резнику Г.М. (член обществ.ком.при МВДРФ) письмом 12.02.15(нет ответа);

16- пресса (три редакции)12.02.15.

17- Председатель общественной палаты г.Озерска В.А.Аксенова-13.07.15-отказалась принимать обращение (устраивает перераспределение жилья в Озерске-выбирай на любой вкус).

18-ФМБАРФ 21.10.15 нач.упр.здр.ИМПолозков-требуется обсл.в стационаре или на психиатрической комиссии.

19-Росздравнадзор РФ 02.10.15, 07.10.15-зам.нач.упр.АСКарпов-в суд, в ФМБАРФ.

20-Минздрав РФ-30.10.15 зам.дир.Департ. ЭКВеригазова-разъяснено обращение в суд.

21-Минздрав Чел.обл.-27.08.15 зам.мин.ВВСахарова,24.09.15 министр СЛКремлев-пройти обследование в стационаре.

22-Роструд Чел.обл.29.07.15-нач.отд.надз.ВННемцов-в комиссию по трудовым спорам.

23-ОП Чел.обл.25.08.15-предс.ВНСкворцов в Минздрав Чел.обл.

24-Росздравнадзор Чел.обл.26.08.15-нарушений не выявлено, для прохождения психиатрического освидетельствования обратитесь в мед.орг.,имеющую соотв. лицензию на мед. деятельность.

25-ОНФ (Москва) 2.10.15-нет ответа.

26-Презид.нац.мед. палаты Рашалю-нет ответа.

27-"Дождь"2.10.15 -нет ответа.

18.07.13 – постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – уч. уполномоч. Новиков, нач. ОУУП и ПДН МВД Озерска АБГлазырин.

24.07.2013 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – зам нач.управл.МВД Оз. АХЯрмухаметов.

15.08.2013 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – уч. уполномоч. Новиков, нач ОУУП и ПДН АБГлазырин, нач.упр.МВД Оз. СВРевякин.

30.08.2013 – копия постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – ст.уч. уполномоч. АБШалкенбаев, нач ОУУП и ПДН АБГлазырин, и.о. зам.нач. УМВД Озерска ДВБукреев.

01.10.2013 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – нач.упр.УМВД Оз. СВРевякин.

21.10.2013 - постановление в отказе в возбуждении уголовного дела –– уч. уполномоч. Новиков, нач. ОУУП и ПДН АБГлазырин, зам.нач УМВД Оз. АХЯрмухаметов.

16.01.14 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – нач.упр.УМВД Оз. СВРевякин.

07.03.14 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – уч. уполномоч. Новиков, нач ОУУП и ПДН АБГлазырин, и.о. зам.нач. УМВД Озерска ДВБукреев.

26.03.14 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела – ст.уч. уполномоч. АБШалкенбаев, нач ОУУП и ПДН АБГлазырин, и.о. зам.нач. УМВД Озерска ДВБукреев.

09.06.14 – проведены проверки –– и.о. зам.нач. УМВД Оз. ДВБукреев.

08.07.14 - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела –– и.о. зам.нач. УМВД Оз. ДВБукреев, уч. уполномоч. БМСайдулин, зам.нач ОУУП и ПДН АЕЯзыков.

23.07.14 – приобщено к материалам проверки – нач.УМВД Оз. СВРевякин.

17.11.14 – нач.УМВД Оз. СВРевякин. – приняты решения об отказе в возбуждении, оснований для их отмены нет.

27.02.15 – нач.УМВД Оз. СВРевякин. – приняты решения об отказе в возбуждении, оснований для их отмены нет.

25.03.15 – нач.УМВД Оз. СВРевякин. – приняты решения об отказе в возбуждении, оснований для их отмены нет.

30.07.13 – ГУМВД Чел.обл.нач.деж.части СНГорбунов - направлено сообщение в УМВД Озер.

26.08.13 – и.о.зам.нач. ООДУУПиПДН ОНИванов - фактов ненадлежащего исполнения служебных обязанностей сотрудниками полиции Озерска не установлены.

02.10.13 – и.о.нач. ООДУУПиПДН МВСомков - направлено в УМВД Озерска.

 

Добавить комментарий:

Ваше имя или ник:

(Войти? Зарегистрироваться? Забыли пароль? Войти под OpenID?)

Ваш e-mail (не обязателен, если укажете - будет опубликован на сайте):

Ваш комментарий:

Введите цифры и буквы с картинки (защита от спам-роботов):

        

 

 

Поиск на сайте:


Новости "Сутяжник-Пресс"

Подписаться на рассылку:

Ваш e-mail:

Подписаться
Отписаться

 


Последние комментарии

Anonymous комментирует
ХОДАТАЙСТВО об отмене согласно части 3 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса РФ определения судьи Верховного Суда РФ Асташова С.В. от 0...
17.11.2017 19:08:00

Anonymous комментирует
...ГОСПОДИН ПРОКУРОР, НАДО ЗАКАНЧИВАТЬ...
15.11.2017 17:35:44

Сутяжник комментирует
Суд первой инстанции утвердил дискриминационную практику отказа в приеме на работу из-за возраста
9.11.2017 15:38:48

Anonymous комментирует
Суд первой инстанции утвердил дискриминационную практику отказа в приеме на работу из-за возраста
9.11.2017 15:36:07

Эдуард комментирует
Суд первой инстанции утвердил дискриминационную практику отказа в приеме на работу из-за возраста
9.11.2017 15:33:16

ЮК Серков и Макеров групп комментирует
Суд первой инстанции утвердил дискриминационную практику отказа в приеме на работу из-за возраста
9.11.2017 00:50:03

Volimush комментирует
Суд первой инстанции утвердил дискриминационную практику отказа в приеме на работу из-за возраста
8.11.2017 22:13:05

Anonymous комментирует
В адвокатском бюро отказали в приеме на работу из-за возраста
8.11.2017 20:36:58

Anonymous комментирует
В адвокатском бюро отказали в приеме на работу из-за возраста
3.11.2017 22:26:51

Anonymous комментирует
Агнес де Корнульер о свободе слова
27.10.2017 02:14:27

Anonymous комментирует
Правозащитные группы призывают ООН осудить схему донорства органов "предполагаемого согласия" в России
15.10.2017 13:50:01

Anonymous комментирует
Правозащитные группы призывают ООН осудить схему донорства органов "предполагаемого согласия" в России
14.10.2017 12:41:14


Самые обсуждаемые материалы

ХОДАТАЙСТВО об отмене согласно части 3 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса РФ определения судьи Верховного Суда РФ Асташова С.В. от 0... (21)

...ГОСПОДИН ПРОКУРОР, НАДО ЗАКАНЧИВАТЬ... (7)

Суд первой инстанции утвердил дискриминационную практику отказа в приеме на работу из-за возраста (5)

В адвокатском бюро отказали в приеме на работу из-за возраста (2)

Агнес де Корнульер о свободе слова (1)